Автор
Вам не повезло: умереть прикоснуться к Империи Греха, запечатленной в бесконечных драках и любовных страстях. Эта книга раскрывает мир безжалостного насилия и тонкой линии между добром и злом. В ней нет спасения, только бессмертные конфликты и сердца, окрепшие в дуэлях....
Только Адриан сохраняет спокойствие и продолжает свой допрос."
"— Разве твой отец не был бы против такого шага? Думаю, что такой успешный бизнесмен, как он, не захочет иметь с нами никаких связей.
— Я уже говорил с ним, и он не станет вмешиваться в любые решения, которые я приму относительно моего наследства.
В зале воцаряется недолгая тишина, и я ерзаю, мои руки крепче сжимают руки Нокса, и я жду с затаенным дыханием. Теоретически, они должны согласиться. Адриан, как никто другой, согласится, потому что прибыль его первая цель, но Влад и папа гораздо более традиционны и не станут смотреть на это с такой точки зрения.
Он все еще чужак и определенно не русский.
— Уходи, — говорит папа Ноксу.
— Я сказал, что не уйду, пока вы не дадите мне слово...
— Уходи, — обрывает его отец, но не угрожает ему снова.
Он не говорит ему, что если он не уйдет, то убьет его.
Это значит, что он о чем-то передумал, или, возможно, рассматривает другой вариант.
Я не могу побороть надежду, которая расцветает у меня под грудной клеткой и распространяется по всему телу.
Нокс собирается что-то сказать, но я хватаю его за руку и качаю головой. Поднимаясь на цыпочки, я шепчу ему на ухо:
— Это самое близкое к перемирию, которое он может предложить, так что просто уходи... Я позвоню тебе.
— Нет.
— Нокс, пожалуйста... у тебя не будет другого шанса выйти из этого дома живым.
— Я не хочу этого, если это означает разлуку с тобой.
На нас падает тень, и это Влад, смотрящий на нас обоих.
— Ты собираешься уйти с головой на месте или мне сначала отрубить ее?
— Он сделает это, — твердо говорю я, а затем подталкиваю Нокса, умоляя его глазами сделать разумный выбор.
Его челюсть напрягается, а прекрасные золотые глаза темнеют. На секунду я думаю, что он откажется и попадет в неприятности, но он медленно расслабляет челюсть.
— Если она не позвонит мне через день, — говорит он моему отцу, — Я вернусь, и на этот раз вы не сможете меня выгнать.
Влад делает шаг вперед, вероятно, чтобы ударить его за дерзость говорить с Паханом таким тоном, но папа качает головой.
Нокс притягивает меня к себе, проводит губами по моей макушке, затем говорит:
— Я вернусь, красавица.
И с этими словами он медленно отпускает меня и уверенно идет между папой и Адрианом.
Я делаю большой глоток воздуха, когда никто из охранников не следует за ним.
Он должен быть в безопасности.
Пока что.
— Адриан, Владимир, — начинает отец. — Ждите меня в моем кабинете.
Они послушно кивают, хотя Влад колеблется.
