В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
– Расскажи мне все. Я хочу знать как можно больше о твоем мире.
Нирель привстала, подложила подушку под спину и села в кровати, не сводя с меня взгляда. Я продолжал лежать, положив руку на ее пышную грудь. Всматривался в необыкновенные глаза и внимал каждому слову.
– На Земле все устроено иначе. Маги – это люди с необыкновенными способностями. Такими, как у меня. Мало того, я являлась одной из самых сильных ведьм их столетия. Поэтому они нашли меня в Оливиуме. Люди, которые не обладают даром, даже не догадываются о существовании нашего вида.
Она помедлила, поцеловала меня в губы и опустила голову на мое плечо.
– Мне было плевать, что нужно отдать взамен. Я не жалею, что лишилась силы, ведь точно знаю, что под твоей защитой мне ничего грозит.
– Ты можешь забыть, что такое страх. Я буду оберегать тебя и сына всю свою жизнь.
Я заключил ее лицо в ладони и только хотел поцеловать, как в покои постучался Милт. Он не решился зайти и кричал через дверь:
– Келеар проснулся и требует мать!
Нирель тут же подскочила с постели и заметалась по комнате в поисках одежды.
– Сию же минуту доставь женские платья и обувь в мои покои!
Нагил отвесил поклон и побежал исполнять приказ. А я тем временем любовался наготой Нирель. Идеальные изгибы тела, струящиеся пшеничного цвета волосы и нефритовые глаза. Она пробуждала во мне вожделение одним только взглядом.
