Автор
Начинайся не с формулировки «Империя очень зла», а как раз с отрывка из текста, где говорится о системе ПВО и ударных бомбардировщиках. Такой подход создаст атмосферу напряжения и интриги. Важно передать дух дискуссий между военными специалистами и журналистами, показать какая сложность обозначена задачи защиты страны от невидимого врага....
— Вспомните: самолеты и ракеты не отменили обычную пехоту, пушки и танки.
Презрительно поглядев на собеседников, Марцелл ответил с таким видом, будто оставил надежду вдолбить очевидную истину толпе недоумков:
— Когда появились авианосцы, огромный флот линкоров пришлось отправить на переплавку. Когда появились реактивные самолеты, на переплавку отправились поршневые истребители и бомбардировщики. Да, пехота осталась, но во второй половине двадцатого века исход войны определяли не пушки или танки, а массированные удары авиации.
"Марцелл повторил, что старое оружие всегда вытесняется новым, и привел еще один пример: сегодня днем Артефакт и Робби повредили авианосец «Рузвельт» сильнее, чем две эскадрильи сверхзвуковых бомбардировщиков минувшей ночью. Довод был серьезный, но не безупречный.
— Будущее покажет, — примирительно сказал Череп. — А бригада Артефакта, считай, погибла.
Шаман грустно вздохнул.
— Знаем. Теперь хохлы остались без виртуальной крышки, и мерканосы размажут их, как хотят.
— Сложно, — согласился Богдан. — Против нас АНБ работает. Лучшие в мире спецы. Кроме присутствующих, конечно.
Марцелл удрученно поинтересовался:
— Неужели нет идей?
— Вообще-то на такой случай существует план «Вурдалак двадцать-десять».
— И что нужно, чтобы ввести план в действие? — вскинулся Шаман.
— Приказ нужен.
Сделав большие возмущенные глаза Лея осведомилась:
— Дан, кто уполномочен отдать такой приказ — министр, Госдума, президент, Госсовет Евразии?
— Мы не в армии.
— То есть, ты?
— Нет. Викентий Олегович.
— Почему же он не начинает операцию? — возмутилась Лея.
— Глупые вы, — Череп рассмеялся. — Мы с вами второй день участвуем в «Вурдалаке». Может быть, не в полную силу, не вводим в бой все мощности, но тем не менее…
Лея экспансивно вскричала: дескать, почему нельзя применить самые совершенные программы.
Боевые программы, просветил их Череп, оказались оружием одноразового применения. Как только новая прога ведена в действие, противник записывает ее полный текст, и через несколько дней, а то и часов будет найдено средство против самых лучших отмычек или вирусов.
