Автор
Начинайся не с формулировки «Империя очень зла», а как раз с отрывка из текста, где говорится о системе ПВО и ударных бомбардировщиках. Такой подход создаст атмосферу напряжения и интриги. Важно передать дух дискуссий между военными специалистами и журналистами, показать какая сложность обозначена задачи защиты страны от невидимого врага....
Межзвездные крейсера, космические принцессы, звезды взрываются…
Продолжая диалог с Шаманом, Богдан напористо провозгласил:
— Допустим, попав в каску, пуля малого калибра не пробьет броню. Но сила удара почти наверняка сломает солдату шейные позвонки! — Он продолжил, повернувшись к девушке: — Ты, конечно, права — нас ждет нечто потрясающее. Хотя…
— Что еще за «хотя»?! — Лея сделалась похожа на сердитую кошку. — Нас ждет самый крутой фильм нового тысячелетия!
Не желая злить ее, журналист благоразумно сменил тон и проговорил глубокомысленно:
— Поверь, я тоже сгораю от нетерпения и хочу увидеть «Эпизод-три».
Неожиданно заговорил Марцелл, который после появления Мамлеева отмалчивался с мрачным видом. Эрнест сказал, пренебрежительно морщась:
— В прежних сериях было множество проколов и недоговорок. В «Эпизоде-три» Лукасу придется постараться, чтобы многое объяснить.
— Император перевел его на дыхание без кислорода, — предположила Лея.
— Вадер останавливал ладонью бластерный выстрел. Для такого мага состав атмосферы — тьфу. — Марцелл рассмеялся. — Но в старых эпизодах полно других несуразиц. Я уж не говорю о чудовище, которое должно было сдохнуть от голода, поджидая добычу в своей пещере на астероиде. Но чего стоит огромное застекленное окно в рубке линкора, через которое проломился «Миллениум Фалкон»! А на кой черт вообще нужна была «Мертвая звезда»? Здоровенная бандура, от которой в бою — никакой пользы.
— Между прочим, в конце шестого эпизода крейсера практически не пострадали, — напомнил Богдан. — Так что вся эта заварушка была провокацией флотского начальства. Адмиралы избавились от Императора, а теперь двинут флот и разберутся с повстанцами.
— Если бы я не знал, что ты в бульварной прессе работаешь, то сейчас бы точно догадался, — снисходительно поведал Шаман.
«Ты у меня еще схлопочешь», — подумал журналист Мамлеев.
Обиженная дружными нападками на любимый фильм Лея предложила закруглиться с трепотней и двинуть в зал, где не так сыро и к тому же имеется неплохой буфет. «Вытаскивай контрамарки, акула пера!» — потребовала она.
