В комнату внезапно наполнился свет огня, радостно плясавший над полом и стенами. Но что особенно поразило - это трепещущий розово-золотой шлейф в центре помещения. Одиноко лежал на коврике молодой мужчина в роскошных одеждах, его лицо мгновенно исказилось страстью и тупостью, словно он не был самим собой. Это место - царство огня, где любое вторжение неподвластенными вызывает кару от могущественного дракона....
— А по мне так отличный, — ответила я, не сводя с мужчины глаз.
— Вы уже женщина, он еще мальчик. И я не о возрасте.
— Когда немолодые мужчины женятся на юных девственницах, их вопросы разницы не волнуют, — колко сказала я.
— Вот вы и вернулись, — улыбнулся мужчина, снова меня удивив. — Я уже начал сомневаться, та ли самая девушка сидит передо мной…
— Так девушка или женщина?
— В вашем случае сложно ответить однозначно.
— Почему вы согласились на наш с Мео брак? — спросила я, ожидая подвоха. Подвох должен быть обязательно, и гадкий – иначе Гелл не способен.
— Считайте это извинением.
В очередной раз владетель удивил меня, и на этот раз мне стало нехорошо: кровь ударила в голову, зашумела, и мне захотелось пыхнуть пламенем, но я не пыхнула, потому что уже научилась сдерживаться.
— Издеваетесь? — срывающимся голосом проговорила я.
— Нет.
— Тогда что происходит?!
Мужчина вздохнул:
— Успокойтесь, в моем решении нет двойного дна. Я по-прежнему считаю, что Мео не стоит на вас жениться, что это авантюра, и как владетель должен был отказать вам.
— С чего бы это?"
"— Я был в храме, эньора, и повидал ллару Эулу. По моей просьбе она обратилась к Священному огню с вопросом о вас, и мы получили ответ.
— Какой? — вымолвила я, затаив дыхание.
— Перерождение – всегда чудо. Иногда Дракон возвращает людей к жизни, если они ушли очень рано, не выполнив своего предназначения. А предназначение всегда разное. Мужчины перерождаются для великих дел; так случилось с императором Экилом, который, вернувшись к жизни, укрепил империю, женщины перерождаются для дел не менее важных: родить и воспитать великого человека, быть поддержкой супругу, семье.
— Вот как… Теперь вы запели соловьем о предназначении и уважаете мой выбор.
— Я владетель, эньора. Я не могу верить бездоказательно.
— Ллара Эула сразу вам сказала, кто я, четко и ясно! А вы… — запальчиво бросила я, и вскочила со стула. — Вы…
— Я был несправедлив. Простите меня, Валерия. Больше у меня нет сомнений.
Сомнений у него нет, надо же! Мне радоваться? А чему радоваться, если уже поздно, если у меня на лице шрам от пламени смерти?
— Я помогу вам с Рензо устроиться, — предложил Гелл.
