В комнату внезапно наполнился свет огня, радостно плясавший над полом и стенами. Но что особенно поразило - это трепещущий розово-золотой шлейф в центре помещения. Одиноко лежал на коврике молодой мужчина в роскошных одеждах, его лицо мгновенно исказилось страстью и тупостью, словно он не был самим собой. Это место - царство огня, где любое вторжение неподвластенными вызывает кару от могущественного дракона....
— Валерия, — ответила я, и заметила, что мальчишка продолжает украдкой меня рассматривать.
Ллара Эула тоже это заметила.
— Выйди, Рик, — бросила она. — И помалкивай о том, что видел.
— Да, моя ллара, — пролепетал Рик, попятился, встал и ушел. Ориентируясь на удаляющийся звук его шагов, я определила, что помещение, в котором я нахожусь, довольно большое.
И как же здесь холодно! Если бы не огонь, так и вовсе околеть можно было. Я переступила на месте и обхватила плечи руками; одно хорошо – длинные, до поясницы, волосы, прикрывают спину.
— Я порядочно уже живу на свете, но сегодня впервые увидела чудо перерождения, — промолвила Эула, с восхищением разглядывая меня. — Великий Дракон оставил тебе имя, значит, все остальное неважно. Идем за мной. Нам предстоит мно-о-ого дел…
Женщина провела меня через тайный ход в свою комнату. Не очень-то удобно разгуливать по темному сырому ходу обнаженной и без обуви, но я не жаловалась, потому что больше всего меня беспокоило отсутствие воспоминаний. Мое имя Валерия, но кто я, и почему переродилась? Меня убили или я сама убилась? Почему огонь меня не обжигает?
Когда мы, наконец, вышли из хода, я облегченно выдохнула и расправила плечи: в комнате оказалось тепло и светло; свет шел от факелов, закрепленных на стене.
К шкафу-то Эула и подошла. Раскрыв дверцы «гроба», она достала с полок что-то светлое, что-то длинное и шерстяное, и что-то красно-коричневое и вручила мне все это с таким видом, словно это невероятные по своей ценности дары.
Светлое оказалось льняной сорочкой с длинными рукавами, длинное и шерстяное – чулками, красно-коричневое – платьем с круглым вырезом. Сорочка была мне великовата и сползала с плеч, чулки тоже сползали, но платье с узкими рукавами, которое я надела сверху, отлично «зафиксировало» сорочку.
Эула помогла мне надеть платье, «выровняла» рукава и протянула тоненький ремешок из коричневой кожи.
— Волосы надо прибрать, — сказала женщина, и перевела взгляд на мои ноги. — И туфли нужны… есть ли у меня туфли?
— Хорошо, если бы нашлись, — проговорила я: от пола шел холод.
Эула принялась копаться в гробу-шкафу; пока она была этим занята, я еще раз внимательно огляделась и заметила, что из-под кровати что-то выглядывает.
