Валерия просыпается без памяти в стране, где правит Великий Дракон и господствует власть мужчин. Обреченная на повиновение, она должна разгадать тайну своего прошлого и понять, кому она нужна. В мире огня и жестких законов героиня ищет ответы о себе и свое место в империи.
Раздел Chitat.online для книги «Империя огня. Амнезия в подарок» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Валерия просыпается без памяти в стране, где правит Великий Дракон и господствует власть мужчин. Обреченная на повиновение, она должна разгадать тайну своего прошлого и понять, кому она нужна. В мире огня и жестких законов героиня ищет ответы о себе и свое место в империи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Валерия просыпается без памяти в стране, где правит Великий Дракон и господствует власть мужчин. Обреченная на повиновение, она должна разгадать тайну своего прошлого и понять, кому она нужна. В мире огня и жестких законов героиня ищет ответы о себе и свое место в империи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я теперь еще и огнедышащая?
Сглотнув, я машинально опустила руку на живот, желая убедиться, что там все в порядке и кинжал никакого вреда не причинил, и быстро пошла по стеночке к столу, который почему-то подсознательно сочла безопасным укрытием. Блейн в свою очередь направился к креслу, стоящему напротив стола.
Он сел, и я села, на стул, что стоял у стола.
Я лихорадочно размышляла, что делать и как вообще все могло до такого дойти. Как я сюда попала? Управляющий навел? Но зачем это ему, да и знал бы он о том, что сюда приведут Блейна? Или же я попала сюда случайно? Но ведь огонь сам мне указал на нужную стену… Кстати об огне. Почему мое пламя обрело силу?
Не у Блейна же мне спрашивать обо всем этом? Да и плевать на него. Надо думать о себе! Увидев меня здесь, с ним, Гелл окончательно уверится в том, что я его сообщница, и казнит меня без долгих раздумий, а самая ходовая казнь здесь – сожжение.
Все началось с огня, и все им закончится… Да уж, ллара Эула, вы сильно ошиблись, решив, что жизнь меня ждет долгая и счастливая!
Краем глаза я заметила, что Блейн продолжает меня рассматривать.
— Любовница, значит, — протянул он насмешливо. — Если это правда и ты смогла совратить главного святошу империи, то ты девка выдающихся умений. Может, зря я не попробовал тебя в храме?
Я бросила на него почти ненавидящий взгляд.
И вот этого человека я спасла! И вот с ним меня сравнивают! Да я чудо, прелесть и ангел по сравнению с ним!
— Эньору не учили хорошим манерам? — спросил Блейн. — Невежливо не поддерживать разговор.
— Скоты не заслуживают хорошего обращения.
— Эньору определенно не учили хорошим манерам…
— Это ты свою свору не научил, что трогать безвинных беззащитных людей нельзя, и принуждать к ритуалам тоже! — прошипела я.
— А-а-а, вот в чем дело… злишься, что невесту драконову принудили к тому, чего она не хотела? Так это доля ваша женская – подчиняться. Даже ллары этого не избегают.
— Какая же ты скотина…
— Какая? — игриво спросил он, но при этом его взгляд был холодным и пристальным.
Он уже не в ярости, и сосредоточен. Удивительное дело, но он увидел во мне опасность! Во мне, 55-килограммовой девушке с амнезией, которая боится собственного же пламени!
Я замерла, осознав, что вспомнила еще один факт о себе. Во мне пятьдесят пять кило – еще кое-что в копилку знаний о себе! Я уловила звук отодвигаемой плиты и вскочила.
Вот и Гелл!
На размышления у меня совсем не осталось времени. Я поднялась со стула и начала метаться по комнате, ища какое-то укрытие. Как нарочно, вокруг не было ничего такого, за чем можно спрятаться – только каменные стены, стул, кресло, да два стула…
Гелл был совсем рядом, он практически уже вошел…
Я опустилась и юркнула под стол.
Все это время Блейн изумленно на меня таращился, но ни слова не проронил.
