— Ровно десять, — удовлетворенно сказал он, отложив последнюю банкноту.
На мгновение Захар уловил на ее лице почти брезгливое выражение. Ничего удивительного — жадность вызывает отвращение у любой женщины, и совершенно неважно, при каких обстоятельствах она проявляется: во время ужина в кафе или при деловой встрече.
— Я не сомневалась.
— Так, когда мне приступать?
— Завтра утром… Первый доклад на четвертый день. Сюда приходить больше не нужно. Встретимся на Тверском бульваре. В шесть вечера тебя устроит?
— Вполне, — согласно кивнул Маркелов.
— С правой стороны от Тверской четвертая скамейка у ограды. — Неожиданно в ее глазах мелькнуло легкое замешательство, после чего она добавила с улыбкой: — Народу там много, и нас могут принять за влюбленную пару.
— Я не возражаю, — мгновенно отреагировал Маркелов, насмешливо прищурившись.
Елена, казалось, не замечала его иронии и продолжала все тем же размеренным голосом:
— Так что никаких подозрений у окружающих мы не вызовем. Сядем на скамейку, и ты, не упуская малейших подробностей, расскажешь мне, что узнал.
— Договорились, — бросил Маркелов, убирая конверт с деньгами. — Ну, так я пошел!
— Иди… И еще вот что — забудь дорогу в этот дом, — тон у женщины был хозяйский."
"Так можно разговаривать только со слугой. Ничего удивительного в таком поведении нет, ведь он взял деньги, а значит, угодил в зависимость.
Глава 13 ВЕСЬМА УДОБНАЯ ЦЕЛЬ
Захар вышел на улицу и неторопливо направился к машине. Он был уверен, что Елена пристально наблюдает за ним из окна, а потому шел без особой спешки, словно бы отправлялся на прогулку. Сев в автомобиль, он почувствовал облегчение. Можно было побыть самим собой, безжалостно содрав с лица надоевшую маску.
Маркелов завел двигатель и поехал в сторону Тверского бульвара. Здесь сейчас было тихо. Оно и понятно. Все-таки ночь. На скамейках он увидел всего лишь две пары, но они, кажется, совершенно не замечали окружающих.
И все-таки почему местом для встречи выбран Тверской бульвар? В таком серьезном деле, как это, не может быть каких-то случайностей. Тем более с такой женщиной! Она действовала как хорошо подготовленный агент. За все время их разговора Елена допустила всего лишь две промашки, и то очень незначительные. В тот момент, когда речь зашла о Тверском бульваре, она сделала небольшую паузу. И во втором случае, когда сказала, что посидит на скамейке, — в эту секунду у нее изменился голос. Можно предположить, что он не в ее вкусе, но уж не настолько, чтобы выказывать брезгливость! За этими словами пряталось нечто иное. А ведь можно было бы постоять где-нибудь у метро, там тоже, кстати, очень много народу, и разговор двух молодых людей не вызовет ни у кого подозрений.