Автор
Ночь поглотила город в густом тумане, а внутри теплого вагончика магазина Лида чувствовала себя как дома. Но даже здесь, за теплою дверью с лучистыми светильниками, битый день не давал заснуть: дождь бил по спине, шум ветра гремел в ушах и холод проникал сквозь порванный комбинезон....
Встроенные лампочки в подвесном потолке ярко осветили просторную кухню, весело зашумела вода в электрочайнике, и это слегка расслабило Милу. Девушка перестала зябнуть, ее движения обрели уверенность. Она залила в медную турку кипяток, засыпала в нее молотый кофе, бросила ложку сахара, поставила на плиту.
– Хорошо, что ваш муж погиб не в доме, – зачарованно наблюдая за ней, сказал Михаил.
– Что?!
Она резко повернулась к нему, возмущенно посмотрела на него:
– Хорошо, что он погиб?
– Э-э, вы не так поняли, – смутился он.
– Я слышала, что милиция не станет искать убийцу.
– Кто вам такое сказал?
– Не важно…
– Но мы ищем убийцу, поэтому я здесь.
– Папа сказал, что милиция может обвинить в убийстве меня. Я его жена, я его наследница. Мне должно быть выгодно."
"– А вы действительно его наследница?
– Не знаю… Завещание вроде бы есть, но что там, я точно не знаю… Не скажу, что это мне совсем не интересно, но я не хочу думать о завещании.
Михаил в замешательстве смотрел на нее. Действительно, Тереху могла заказать Мила. Так иногда бывает, что жена убивает мужа из-за наследства. Но, глядя на это милое нежное существо, трудно было всерьез подозревать ее в преступлении.
Кухонный гарнитур был оборудован барной стойкой, витринным шкафом, в котором хранились напитки. Погруженная в свои мятущиеся мысли, Мила механически достала бутылку коньяка, сняла с подставки бокал, плеснула себе на два пальца.
– Вы только не подумайте, что я увлекаюсь. Просто нашло… Может, вы тоже?
– Если только чуть-чуть.
Всего три дня прошло, как погиб ее муж. Она одна в большом доме, ей неуютно и даже страшно. А еще Тереху пора уже предать земле. Но он до сих пор в спецблоке морга, и что, если его неприкаянная, а потому обозленная душа носится сейчас по дому, создавая поле, угнетающе действующее на психику? Может, потому и навалились на нее горькие воспоминания о прошлом.
Потапов подошел к девушке, забрал у нее бутылку, сам налил себе в бокал.
– Чокаться не будем.
– Да, конечно, – думая о чем-то своем, отстраненно кивнула она, выпила и, будто предупреждая вопрос, махнула на Михаила рукой.
