Сколько раз мне приходилось бывать на «дворянских балах», где ряженые изображали князей и графинь, а вот когда появилась возможность побывать на реальном бале-маскараде… Словом, вы меня понимаете?
– Прекрасно понимаю, Ольга Валерьевна, – сказал Николай, – я ведь и сам недавно был таким ряженым – русским императором, изображающим вашего современника. Так что я буду вашим ангелом-хранителем и не дам никому из моих подданных чем-либо обидеть вас…
И вот часы в доме Энгельгардта пробили одиннадцать раз. Комнаты пестрели красивыми разноцветными костюмами. Николай, в фиолетовом фраке, с тростью и с цилиндром в руке, в домино, держал под руку Ольгу, наряженную в восточный костюм, взятый напрокат у императрицы.
Завсегдатаи, сразу же узнавшие императора по его могучей фигуре и горделивой осанке, сделали стойку. Их заинтересовала незнакомка, которая появилась рядом с государем. А вдруг это будущая фаворитка царя и знакомство с нею в будущем может принести пользу?
Несколько масок почтительно раскланялись с Николаем и его спутницей.
Между тем в зале уже начиналось веселье. Маски любезничали и шутили друг другом. Николай, держа Ольгу под руку, ходил с ней по залу и негромко рассказывал Ольге о том, кто есть кто среди присутствующих.
– Вот смотрите, – сказал он, – эта дама, одетая пейзанкой, жена австрийского посланника Карла Людвига Фикельмона. Имейте в виду, она большая любительница разного рода интриг, так что будьте с ней осторожны.
Ольга с интересом посмотрела на внучку фельд-маршала Кутузова. Она помнила, что эта дама имела обширные связи с царственными особами Европы, так что знакомство с Долли могло бы ей пригодиться. И она ответила кивком на поклон мадам Фикельмон."
"А гости тем временем веселились и флиртовали. Хотя присутствующие, несмотря на маски и костюмы, легко угадывали, кто есть кто, маскарад все же создавал для его участников ситуацию, совершенно противоположную обычной обстановке светского этикета, в которой все роли расписаны и предсказуемы. Ведь в донельзя структурированном петербургском обществе костюм обозначал определенное социальное положение. А следовательно, смена костюма предполагала и изменение социальной роли.
Чтобы сильнее заинтриговать тех, кто пришел на маскарад, по приказу император раздавали несколько десятков бесплатных билетов на маскарад актрисам, модисткам и прочим «дамам полусвета». Все это придавало определенную пикантность происходящему. Кавалер, вьющийся вокруг очаровательной незнакомки, мог встретить ее потом или во дворце князя, или в модном магазине дамского платья помогающей знатной покупательнице выбрать корсет или шляпку.
У маскарада свои законы, свои вольности, свои комедии и свои трагедии.