Утро в академии Алестис, где Аринэль не знает, что больше беспокоит его — Анти или Саманта. Вчера вечером она опять засиделась за учебниками, а он ждал ее до смерки. Завтрашний дуэт вызывает у него смешанные чувства: одно время он восхищался талантливой Самантой, но теперь появляется ощущение что-то не то в их взаимодействии....
– Эйлис, – снова заговорил мужчина, выглядывая из-за спинки кресла. – Всю жизнь ты их не сможешь опекать.
– А я не опекаю! – мрачно произнесла женщина. – Но… У нее… Зачем ей этот степняк, Рем?!
– Затем же зачем Саятане понадобился такой же степняк, – ответил мужчина. – Эйлис…
– Да всё! – отмахнулась женщина. – Я знаю, что ты скажешь! Я все равно против, чтобы Талия была с Аринэлем Тайфолом!
Ремулус покачал головой, а потом сел снова прямо. Отпил из бокала глоток вина.
– Тогда, Эйлис, – произнес он ровным тоном, смотря на огонь.
– Нет, я поговорю с Талией! – заявила женщина. – Я думаю, это просто увлечение! Мариан же не стала! И Талия тоже поймет.
– А что она должна понять, Эйли? – поинтересовался Ремулус. – Что тебе не нравится младший Тайфол?
Эйлис несколько смутилась. Но упрямо вскинула голову.
– Талия, в отличие от Мариан, – спокойно продолжил мужчина. – К Аринэлю испытывает больше, чем просто симпатию. И Эйлис. Талия вся в тебя. Ты бы стала кого-нибудь слушать?
В комнате за его спиной стояла тишина.
– Есть и еще кое-что, Эйлис, – сухо произнес Аванти. – В отношения Талии и Аринэля Тайфола запрещаю вмешиваться я.
– Что?! – возмутилась женщина.
– Ты все правильно услышала, – также спокойно, но твердо произнес Ремулус. – Я не сторонник брачных договоров, ты это знаешь. Но раз уж так сложилось, то эту возможность упускать нельзя.
– И ты отправишь свою дочь туда, где она может погибнуть? – в голосе Эйлис послышался надрыв.
Ремулус вздохнул и снова потер переносицу пальцем.
– Эйлис, заканчивай, – произнес он устало. – Ты сама прекрасно понимаешь, что этот довод гипертрофирован. Марка Тайфол сейчас, наверное, самое насыщенное бойцами и одаренными место в Та-Релии. Если не во всей Империи. Там даже матку смогут удивить, если что.
Послышались шаги. Эйлис подошла к мужу, присела на одно из рядом стоящих кресел, на самый краешек сидения.
– Рем, – тихо произнесла она, не поднимая головы. – Я… Я боюсь.
Аванти уже в который раз за этот разговор вздохнул.
– Давай так, Эйли, – произнес он. – После бала мы поедем домой. В смысле, в Арантон. Все вместе. И за эти две десятины Талия… Ну, голову пусть проветрит. Взглянет на ситуацию со стороны. И если она не захочет… То я настаивать не буду. Но Эйлис. И ты к ней не лезь. Это ее жизнь, в конце концов. И наши дочери вполне доказали, что могут принимать здравые решения.
