Второй том "Имперского Вора" Дмитрия Ра завораживает своим темным и загадочным миром, где тёмный эфир превращает обычных кошачьих в мистических существ. Главный герой сражается не только с драконами, но и с собственными страхами и желаниями, стремясь выжить даже при расчленении между двумя вселенами....
В роскошном лимузине княжна опускает звуконепроницаемое стекло, отделяя нас от водителя, и спрашивает:
– Ну как, князь? Не решили поменять карьеру на свободу?
– Пока нет.
– А как насчёт нашей возможной сделки?
– Ваше высочество! – Я прижимаю руку к груди. – Клянусь вам, как только в мои руки попадёт шерсть химеринга, я принесу её вам.
– И что-нибудь другое если попадёт – тоже мне, – просит она.
– И что-нибудь другое тоже, – обещаю я.
Почему бы и нет? Минуя Марка Абрамовича и аукцион. Великая княжна – так-то отличная клиентка.
– Я рада нашему знакомству. Предлагаю вам свою дружбу, князь! – решительно говорит она.
Почему-то я мгновенно вспоминаю Егора Ильина. Он вот так же, прямо и чётко, предложил нам с Токсином «держаться вместе». Сдерживаю улыбку и киваю:
– Буду счастлив, ваше высочество.
– Анастасия. Можно – Ася. И на «ты».
– Никита.
– Можно – Ник?
– Конечно. Но, ваше высочество…
– Понятно, что только наедине, – улыбается она. – Знаешь, я ведь неплохо знакома с твоими сокурсниками.
– Польщён, ваше… Анастасия.
– Они дети, – фыркает княжна.
– Мне так не показалось, – вру в ответ.
– Да ладно. Палей – клоун. Юсупов – чистый бычок. Львов, конечно, выделяется. Но скользкий, как змея. И манерный очень.
– А Макс Горчаков? – спрашиваю с интересом. Характеристики княжны, конечно, точные… но поверхностные. По крайней мере в отношении Палея.
– А Макс Горчаков… Он меня напрягает. Влюблён, – неохотно делится княжна. – Это приятно, но бессмысленно.
Правильное мнение. Ибо нефиг делать. Такая подруга пригодится самому. Конечно, она с перебором искренняя, пожалуй что взбалмошная, но зато императорская дочка.
– А ты, Ник, мне кажешься взрослым. Думаю, мы сможем быть друг другу полезны. Вот, возьми.
Она лезет в карман штанов и достаёт какую-то цацку на цепочке. Протягивает мне.
Цепочка серебряная, тонкая. А цацка – обычный камешек…
…казалось бы.
Овальная галька с просверленной дырочкой. Но с одной стороны она прозрачна, будто в полый камень вставили стекло. За стеклом слегка мерцает зелёная хрень, вроде бы веточка.
И это артефакт.
Сильный, серьёзный артефакт для мгновенной прочистки каналов. Замена паре часов медитации. И он – не одноразовый.
Никита Каменский отвешивает челюсть, не скрывая этого.
Инквизитор Никрас Борх офигевает, понимая, что ему дарят. Я очень неплохо разбираюсь в артефактах.
