Второй том "Имперского Вора" Дмитрия Ра завораживает своим темным и загадочным миром, где тёмный эфир превращает обычных кошачьих в мистических существ. Главный герой сражается не только с драконами, но и с собственными страхами и желаниями, стремясь выжить даже при расчленении между двумя вселенами....
– Никакого, – пожимаю плечами, продолжая смотреть Хатурову в глаза. – Но я сумел разобраться со своим родовым даром.
– Вот как… Покажи что-нибудь, – требует он. – На мне покажи.
Несколько секунд я раздумываю."
"Если маг-защитник рода Каменских рассказал графу Хатурову всё, что случилось в бункере, не умолчав и о моих магических «странностях», – значит, Хатуров заслуживает его доверия.
Моего доверия в этом мире пока что не заслуживает никто, кроме Крайта. Разве что тот же Матвей – потому что маг-защитник, поставивший на себя печать, предать не может, даже если захочет.
Остальные…
…так или иначе могут с меня что-то поиметь.
Тот же Хатуров, те же парни из моей команды. Это не повод для доверия им – но излишняя паранойя тоже ничего хорошего не принесёт. Я слишком мало знаю о том, что творится вокруг меня.
Пока что граф Хатуров мне нужен. Как и я ему.
Что же до демонстрации моих новых возможностей… Матвей много чего от меня в бункере видел.
Ладно.
– Вы уверены?
– Разумеется, – хмыкает Хатуров.
Выпускаю тьму, и моя удавка захлёстывает графу руку. Достаточно, чтобы ощутить её силу, но не настолько, чтобы причинить боль.
Хатуров резко хватается за запястье, смотрит на меня так, что хочется ухмыльнуться. Он сильно удивлён – едва скрывает свои эмоции.
Отпускаю его.
– Нужно предупреждать, Никита. Я мог среагировать неправильно.
Ну, не факт…
– Вы просили показать.
– Ты хочешь сказать, что ЭТО – дар иллюзий?
А попробуй докажи, что нет?
– Да, это дар иллюзий.
– Что ж… – с явным недоверием тянет Хатуров. – Завтра посмотрим, каковы параметры твоих иллюзий.
– Хорошо.
– И, невзирая на это, – его голос опять становится жёстким, – будь любезен быть как можно более осторожным. Я приказываю тебе это как твой опекун. И помни, что – как твой опекун – я вправе вновь запереть тебя в своём поместье.
А это угроза. Однако хрен у него получится меня запереть.
Впрочем, озвучивать это я не собираюсь, потому спокойно отвечаю:
– Я осторожен, Александр Васильевич. Но вечно сидеть взаперти всё равно не получится. Мне нужно учиться. И не только у вас, ведь так?
– Иначе бы я не отправил тебя в Императорское училище, – отрезает он. – Значит, ты осторожен? Человек, который за несколько дней успел побывать в том бункере, попасть в разлом, выйти из разлома живым и со всеми конечностями… – перечисляет он, загибая пальцы.
