Второй том "Имперского Вора" Дмитрия Ра завораживает своим темным и загадочным миром, где тёмный эфир превращает обычных кошачьих в мистических существ. Главный герой сражается не только с драконами, но и с собственными страхами и желаниями, стремясь выжить даже при расчленении между двумя вселенами....
– Мне тоже так кажется, – говорит Львов. – А провинция… Тут тоже есть свои тонкости.
Выходит, и тут у нас какая-то тайна? В этих хитросплетениях имперских родов сам двенадцатирукий Шанкра руку сломит.
– Ну… спасибо.
– Не бери в голову, – отмахивается Львов и тут же улыбается: – Золотко? Рад тебя видеть.
Оглядываюсь и действительно вижу в дверях спальни Шанка. Два последних дня мне приходилось щедро делиться с ним тёмным эфиром – и, кажется, длань бога наконец-то начала приходить в себя. Правда, на клептоманские приключения он пока не отваживается.
Кошак, кстати, упорно делает вид, что Шанк ему не интересен. Тем более что я сразу пояснил, что длань бога – это «младший в стае».
– А кот у тебя тоже интересный, – внезапно говорит Лекс. – Слишком умный.
Крайт вылез из-под дивана, только когда гости разошлись. Со Львовым-то он уже знаком. Но тоже делает вид, что ему безразлично.
– Не жалуюсь. В обувь не гадит…
«Пф-ф…» – возмущается кошак.
– Молодец, – оценивает Львов. – Но я не о том. Такое впечатление, что он меня… ну вроде как сканирует.
Твою ж мать. Ну лишь бы очаровывать не вздумал!
– Ты ему скажи, чтоб так не делал, – усмехается он. – Зачем тебе лишние проблемы?
– Скажу. Слушай, Лекс, а твой отец знает про… э-э-э… Золотко? Кстати, его зовут Шанк.
– Нет, не знает. И про кота твоего тоже не узнает, но лучше бы им не встречаться.
Сначала я думал, что ментал – это второй дар Лекса. На самом деле нет. Второй – это целительство. А вот основной дар его рода – именно аспект ментализма. Даже странно, что князь Львов за всё время нашей единственной беседы ни разу не попытался воздействовать на меня менталом. И сразу сказал, что ему от меня нужно.
А вот что от меня нужно его сыну? Ведь Лекс меня едва ли не опекает. По указке отца?
Никакого проникновения в свои мозги я не ощущаю, но менталисты – вообще народ чувствительный, и Лекс вдруг говорит:
– Лезу не в своё дело, да? Ну я бываю зануден, извини.
Хмыкаю:
– Бываешь, ага.
– Но вообще, я думаю, что мы можем быть друг другу полезны.
– Пожалуй, – усмехаюсь я. – Да всё в порядке, Лекс.
Кажется, мне только что предложили дружбу. Ну… всё к тому и шло. Не то чтобы я был против. Младший Львов действительно бывает зануден, но пока это не напрягало. Однако Ильин, помнится, сказал прямо: «Предлагаю держаться вместе».
