Морна выходит на поверхность после долгих тюремных лет под землей, и ее радостный вдохновленный взгляд пробуждает надежду у всех. Серг, обычно веселый, теперь скрыт в напряженной задумчивости, но Морна его успокаивает — всё в порядке, их корабль приведет их к желанным местам. Эорн будет виден, и он действительно красив, уверяет она Серга....
Те как черви ползли к жилам, растворяли горные породы специальным составом, а потом этот раствор засасывали во внутренности корабля, где уже рассортировывали по элементам и откладывали в хранилища, чтобы потом использовать для изготовления всех тех вещей, которые были необходимы пассажирам корабля. Еда, одежда, оружие — и золото, да. Сколько угодно золота — столько, сколько сумел впитать корабль.
Увы, под кораблем-маткой не было золотоносных жил, и он не мог наполнить свои накопители, не взлетая с насиженного за тысячелетия места.
Ребята, которых привел Лурк, Сергею понравились. Они с удовольствием, открыв рот от удивления и благоговения воспринимали все, что им сообщал капитан, бежали бегом, исполняя его приказания.
Сергей все видел, но лишь посмеивался — пусть себе. Делу не мешает.
Пленная магичка с интересом наблюдала за тем, что происходит вокруг нее, высматривала, запоминала, вынюхивала, видимо надеясь в конце концов убежать.
Она соврала. Ошейник могли снять и другие маги, но лишь очень высокого уровня. Такого, какой был у нее, или у Сергея. Сильных магов было немного, так что ей не мог помочь первый попавшийся маг.
Сергей не стал разочаровывать девицу и рассказывать, что ее знания теперь лежат у него в голове — зачем? Пусть себе думает, что обхитрила.
Работала она неплохо, делала то, что ей приказывали — кроме оказания сексуальных услуг, конечно. Были поползновения, да — Лурк как-то раз осторожно осведомился — если эта негодяйка теперь рабыня, так может стоит использовать ее по максимуму? Пусть, так сказать, искупает? Но Сергей запретил. Он всеми фибрами своей души ненавидел рабство, и предпочитал считать захваченную магичку военнопленной. Да и вообще…противно как-то.
