Автор
В 1935 году в университете Принстона Индиана Джонс открывает древний письменный узел. В ходе исследований он находит ключ к секретному храму, который обещает раскрыть тайны прошлого и изменить будущее мироздания. Мрачное здание в Северной Индии становится местом жестоких схваток между древними богами и современными шпионами....
Оставалось ждать ответной реакции."
"– Доктор Джонс, вы пересказываете обыкновенные деревенские сплетни, – сказал Чаттар Лаль. – Простой люд не избавить от предрассудков. И зачем вы пугаете капитана Бламбертта?
– Меня никто не пугает, – возразил капитан. – Напротив, мне даже очень интересно.
Чаттар Лаль понял, что зря поддержал разговор про Тагги. Теперь ему приходилось оправдываться. И он пустился в долгие объяснения: будто бы это миф-страшилка, изначально придуманный британцами, а многие индийцы в него поверили.
Начали разносить второе блюдо – обезьяньи головы с жареными мозгами.
Инди посмотрел на свою порцию: с тарелки на него глядели мертвые обезьяньи глаза. На этот раз он не был шокирован, потому что пробовал обезьяньи мозги и прежде. Интересно, как прореагировали на это блюдо Вилли с Коротышкой? Инди посмотрел на друзей.
Инди уже устал от бессмысленных рассказов Чаттар Лаля, пора было положить этому конец, и он пошел в наступление:
– А еще жители Майапоре поговаривают, что некто из вашего дворца украл у них одну ценную вещь.
Премьер-министр побагровел:
– Доктор Джонс, в нашей стране не принято приходить в гости и оскорблять хозяев.
– Что вы, что вы, вы просто неправильно меня поняли! Ведь вы же сами говорили – простые люди полны предрассудков.
– И что же, по мнению майапорцев, было украдено? – поинтересовался Бламбертт.
– Волшебный камень.
Премьер-министр расхохотался:
– Вот видите, капитан, это же просто несерьезно! Что еще за волшебные камни! Глупости!
Инди потянулся через стол и доверительно проговорил:
– И еще говорят, мистер Лаль, что на украденном камне есть кое-какие приметы, которые связывают его с легендой о Шанкаре.
Но у премьер-министра ни один мускул не дрогнул. Неужели он действительно ничего не знает о сбежавшем мальчике? О иероглифах на тканом манускрипте?
Чаттер Лаль откинулся на подушки и примирительно сказал:
– Что ж, все мы подвержены разного рода слухам. До меня, например, доходили слухи, будто в Гондурасе вы снискали себе славу не ученого, а отчаянного разбойника.
