В этих страницах вы найдете не просто историю, но и портрет целого народа — сикхи, которые обрели свою атмосферу в горячих ручьях Пенджаба. Они — противники двух великих религий, своих улиц и деревень, своей суровой дисциплины и веры в будущее справедливости. Внутренний мир этих бойцов-язычников раскрывается через их походы и внутрисектантные разногласия, создавая тонкий зеркальный отсвет на большие события Индии....
— Так во всем! — с раздражением ответил Уэлсли. — Это все кастовая система. Чтобы выполнять простейшие домашние хлопоты, приходится нанимать кучу народу. Обычный английский камердинер или официант легко справляются с тем, что здесь, в Индии, будут делать пять-шесть бездельников. Плачу я им копейки, но их так много!
Слуга с поклоном протянул мне бокал. Я проделал священнодействие с коньяком — понюхал, погрел в ладонях, слегка покачал бокал, чтобы освободить ароматы, уронил несколько капель на кончик языка…
Мои манипуляции произвели впечатление на генерал-губернатора, я словно прошел тест на «свой-чужой», и теперь пришло время поговорить серьезно.
— Кажется, теперь я понимаю, чем объясняются ваши успехи, мистер Питер. И почему ваше имя то и дело мелькает в сводках разведки, — голос его построжал. — Как умер Лейк?
— В бою, сэр. Отличная смерть для генерала.
— Вы находите? — несколько смешался Уэсли. — Что ж эта страница перевернута. Поговорим о делах сегодняшних. Вы получили предложение от Бабу?
Нисколько не удивленный, я согласно покивал головой и пригубил из бокала.
— Рамдулал Дей в своем репертуаре. Выжимает каждый пайс из любой ситуации. Вы знаете, что он большой друг американцев, что он мог бы на время вашего вторжения укрыться в их консульстве?
— Нет, сэр. Об этом разговора у нас не было.
— Так я о том и говорю. Имея возможность спастись, он тем не менее проворачивает хитрую комбинацию. Собирает со всех бабусов сумасшедшие деньги. Сколько бы он вам не предложил, заработает вдвое, втрое больше.
Ай да, Бабу, ай да, сукин сын! В этом момент я принял решение, о котором банкиру ничего не скажу, но которое ему явно не понравится. Он видел во мне наивного простачка? Так он меня плохо изучил. Коварство — мое второе имя.
— Собственно, — продолжил скучным тоном Уэлсли, — мне нет дела до его проделок.
— Как-то еще не думал об этом, сэр. Я пока не дал согласия.
— Все вы соглашаетесь, — неожиданно подал реплику тот, кого назвали Брэддоком. — В конце концов, что, как ни деньги, влечет людей в Индию?
Интересно, кто эти «все»?
— Мистер Джеймс прав, — заявил сэр Ричард и допил залпом свой коньяк. — Но он не сказал другого.
