Автор
Герой категорически отвергает общепринятые жизненные истины и философию страдания. Вместо того чтобы учиться на ошибках, он выбирает путь активного противодействия судьбе. История о восстании против несправедливости мира и поиске собственного пути вопреки устоявшимся догмам.
Зато с третьего — вот она… Зар-раза! Бутылка появилась, дразня желанным содержимым, но выскользнула из ослабевших пальцев, покатилась по кровати и, судя по звуку, упала на пол.
— Хреновая попытка. Давай еще, -прохрипел тот же голос.
Я собрался, волю в кулак, прикрыть глаза, потому как все вертелось и отчаянно тошнило. Цап, бутылка зажата в руке. Осторожно, чтобы не упустить, тащу ее в пасть. Она закрыта, но зубы в помощь.
Секунда, и вот уже живительная влага полилась в рот, и я чуть не подавился крышкой, которую забыл выплюнуть. Зато мир сразу заиграл новыми красками, и желание помереть куда-то испарилось.
Потом я почувствовал движение — по мне кто-то полз. Бутылка из моей руки перекочевала в чужую, и послышались судорожные глотки.
Но мне было мало, поэтому появилась еще одна. Половину мне, половину собрату по несчастью. Правда, собрат вдруг оказался скорей сестрой — это я точно почуял, когда голые сиськи прижались к моей, опять же голой груди. А вот теперь уже интересно.
Открываю глаза, надеясь, что карусель прошла — рядом Танька. Лохматая, отекшая, лежит, сопит и тяжело дышит.
— Напомни мне в следующий раз больше трех бутылок вина Гиви не пить, — ее голос все меньше походил на скрип несмазанного колеса.
— Так ты его с водкой мешала, потому так плохо. Но вот почему так плохо мне?
— Потому что ты тоже… мешал.
— А, точно! — голову прострелило воспоминаниями. — Типа, мы новый коктейль «Мертвое утро» создали.
— Ага. Кажется, получилось. Такой дохлой я себя очень давно не чувствовала.
Силы стремительно возвращались, регенерация заработала, настроение стало подниматься. Чуть напрягшись, я удобно устроился на подушке, не забыв подтянуть наверх слабую подругу.
— Если я расслаблена, то это не значит, что не смогу зарядить в нос, если будешь лапать, — пригрозила она.
— И в мыслях не было, — открестился я.
— А что тогда так приподняло одеяло?
— Это нормальный утренний стояк у мальчиков.
— Поверю на слово. Я на ночь еще ни с кем не оставалась, — поерзав, она удобно устроилась рядом, чуть прижавшись ко мне. А то, что одеяло сползло и я вижу ее голой, ее совершенно не смущало. Комплексы и Танька вещи в принципе не совместимые. Ну, и мы помним про доверие, да?
— Я у тебя первый получается, — чуть улыбнулся я.
— Ага. Гордись, развратник.
— А это… У нас ничего такого не было? А то я не помню.
— Не было. Наверное. Я раньше тебя вырубилась. Но, судя по состоянию, мы просто спали, потому как я четко ощущаю, когда потрахалась, а когда нет.
