Автор
В третий том "Индульгенции" — без права на смерть проникаешься жуткой неизвестностью: кто ты и где находишься. Воздух густ и тяжел, пахнет кровью, небо мертвенно-лиловое, словно рубец на лице города после битвы за мир. Живые всполохи молний рвут ночную тьму, как игольники пробиваются сквозь плотный снег....
Можно было подумать, что мы с Гиви шли по безлюдному лесу, и нас никто не видел. Но это было совсем не так — народа вокруг было много, но всем было плевать. Максимум, что происходило — нас обходили, даже не оглядываясь. Подумаешь, проучили новичка. Тут это сплошь и рядом.
Правда, иногда меня все же узнавали, и узнавание это было не всегда приятным.
Мне показалось, что в толпе как-то мелькнула рожа Кривдина, но уверенности не было. Хотя, он же точно здесь учится. Интересно, а он под кем ходит? Потому как этот ушлый комок навоза своего не упустит.
Впрочем, иллюзий насчет спокойной жизни я не испытывал — изначально знал, куда иду. И это заводило куда сильней, чем секс. Рожденный летать ползать не будет. И даже на земле будет смотреть свысока на тех, кто ходит по ней.
Для разнообразия на этот раз мы добрались без приключений. Под конец я уже тяжело дышал, потому как этот гад просто повис на мне, делая вид, что умирает. Я попытался стряхнуть симулянта, но он вцепился в меня не хуже клеща, желая показать всем, как ему плохо.
"Так что, когда открылась калитка, я бесцеремонно свалил его на землю уже внутри двора и пошел в дом, желая всего и сразу. Ну, для начала попить, потому как сушняк стоял дикий. А еще душ прохладный мне не помешал бы. И чтоб спинку потерли, и желательно нежно так.
А этот мудак стонал, страдал и давил на жалость сердобольной Насте, которая вдруг прониклась его несчастным видом. Но ровно до того момента, как, обогнув меня, во двор вылетела Танька и зарядила с ноги этому притворщику.
— А что происходит? — вышла озадаченная Снежана.
Гиви в деревню за чачей ползёт:
«стингеp» в руках, за спиной пулемёт.
Козий помёт под руками скользит;
Гиви ползёт, он ведь храбрый джигит, — процитировал я по памяти.
— Ты это к чему?
— Ну, суть передана верно. Храбрый джигит пополз в деревню в поисках любви и нарвался на хулиганов, которые тоже искали любви, но мужской. Гиви не согласился, и ему наваляли. Потом ему на помощь пришел его друг, и они сразу перехотели заниматься любовью и позорно сбежали под возмущенное блеянье козла.
— Это ты себя так назвал?
— Блин. Пурген примчался и всем настучал по головам и жопам.
