В темноте только свет фонаря выхватывал форму пыльных кусков на стене, словно мистический рисунок. Чёрный лаз в полуявленном углу был свидетельством непреложности моих решений. Вместе с холодным ветерком, который проникал сквозь открытый шваброй проёктёрный свет, нарастало ожесточённое молчание — все согласились со мной без лишних слов....
Чем не прозвище? Не хуже других.
Стоило немалых трудов уговорить старлея достать для нас настоящие краски. Художники мы те ещё, вышло коряво и криво, почти по детски. У меня больше улыбающийся череп получился. Однако «красочную» эстафету подхватили другие группы. И теперь в роте ДГ с десяток эксклюзивных шлемов — с нарисованными крокодилами, волками, кабанами и тому подобным. Старлей разрешает «краситься» только отличившимся, так что на базе прямо соревнования.
Ну вот и всё. С делами покончено. Теперь нужно возвращаться, а одного бойца оставить на охране, чтобы никто не вздумал опять подключиться к управляющим креслам рубки.
Задумчиво окидываю взглядом лучшую Диверсионную Группу Федеральных Сил по эту сторону вселенной - «Клоуны». Парни сразу же понимают, что к чему, и напрягаются, поскольку сидеть тут придётся неизвестно сколько и без обеда, лучше уж пыльная дорога в тоннеле.
Дуос молча разворачивается к воздуховоду, резво пробегает вверх по стене и скрывается внутри тёмной норы, как тот мартовский кролик, что постоянно удирал от Алисы.
Похожий зал, в углу почти такая же серая толпа, но поменьше - человек пятнадцать. Люди сейчас везде одинаковые — отсутствующий вид, да бараний взгляд, который ничего не замечает дальше дополненной реальности в глазных имплантах.
Люди угрюмо молчат. Стоят. Боятся. Серые лица, серые взгляды. Серые мысли. Инфо-зомби, мать их.
В другом углу на максимальном удалении от испуганных пленников, в позе «звезды», на коленях стоит Дуос. Безразлично поглядывает одним глазом через оптику. Тут какому-то мужичку в толпе становиться нехорошо и, вместо того, чтобы вслух попросить разрешения, он просто резко садиться на жопу. А снайпер, он же действует на рефлексах.
Хруп! И голова мужичка становиться немного меньше, а из ушей, глаз и носа брызжет кровь. Кто-то из сердобольных граждан дёргается помочь упавшему. Хруп! - ещё один жмурик. Следующий вскидывает руки и громко вскрикивает, то-ли чтобы показать, что не вооружён, то-ли чтобы успокоить снайпера.
Хруп!
И в этот момент пленники дружно осознают, что их вообще-то по очереди убивают, и начинают разбегаться в панике.
Ага. Разбежались.
