В темноте только свет фонаря выхватывал форму пыльных кусков на стене, словно мистический рисунок. Чёрный лаз в полуявленном углу был свидетельством непреложности моих решений. Вместе с холодным ветерком, который проникал сквозь открытый шваброй проёктёрный свет, нарастало ожесточённое молчание — все согласились со мной без лишних слов....
Жидкость будто впиталась в кожу, заодно смягчила её и освежила. Хоть какой-то плюс от полной потери волосяного покрова, но жить бы я тут всё равно не хотел.
- Теперь ты больше похож на местного, - глядя на мою лысину прокомментировал Лютый.
- А чем вы тут помимо фермерства занимаетесь?
- Ничем, - зло бросил искатель. - Именно поэтому я хочу в город.
- Думаешь там лучше?
- Надеюсь. Голос фермы обещает, что если в любом виртуальном мире достичь сотого уровня, то в город пустят и так. Расписывает как в городе хорошо.
- Ты тоже фермил?
- Как и все здесь, - задирает рукав, показывая татуировку. - Но теперь нет.
- Почему?
- У меня нет ни одного знакомого, знакомый которого бы достиг сотни. Это нереально, - и добавляет скрипнув зубами. - Обман. Но моя... женщина... верила. Теперь вообще не выходит с фермы, - и тихо добавляет с надеждой: - Может она и правда уже в городе...
* * *
Я боялся, что мы будем часами бродить по коридорам пригорода пока доберёмся до территории. Но уже через тридцать минут неспешного шага потолки перестали светиться, а по стенке следующего помещения на уровне колена осталась лишь тонкая нитка света.
Лютый вынул из рюкзака два фонаря с шариковую ручку, один протянул мне и кивнул на мой пояс:
- Может вернёшь станер? Дальше может быть опасно.
- Например?
- Можно встретить бионов.
- Что за бионы?
- Жители территории — звери.
- Звери? И чем они тут питаются эти звери?
- Друг другом, - мрачно выдал Лютый.
- Ой как страшно, - делаю испуганные глаза и, с улыбкой, хлопаю себя по оттопыренному карману: - Но ты не волнуйся, если что, у меня станер есть.
Искатель заметно расстроился, но спорить не стал. Пошёл первым.
Территория примыкающая к пригороду не очень от него отличается. Всё тот же муравейник. Лютый выбирает только те пандусы и спуски, что ведут вниз. Постепенно залы становятся больше, коридоры шире. Попадаются шахты с прогнившими металлическими лестницами, огороженные такими же прогнившими перилами.
Тонкие светящиеся линии перебрались на потолок и теперь от них почти нет толку. Пол устлан слоем пыли, в которой видны мелкие следы, похоже крысиные. Попадаются и более крупные, то-ли кошачьи, то-ли собачьи, но я могу ошибаться. Мы движемся по вытоптанной в пыли тропинке. Видимо, искатели часто тут ходят. Наверное по этим-то дорожкам, которые вычищены подошвами, Лютый и ориентируется.
