В темноте только свет фонаря выхватывал форму пыльных кусков на стене, словно мистический рисунок. Чёрный лаз в полуявленном углу был свидетельством непреложности моих решений. Вместе с холодным ветерком, который проникал сквозь открытый шваброй проёктёрный свет, нарастало ожесточённое молчание — все согласились со мной без лишних слов....
Ребёнок за родителями не поспевал. Метров пять его ножки просто волочились по бетону, а затем горе родители и вовсе бросили малыша, помчавшись налегке. Мелкий упал и начал истошно орать.
Прохожие изумлённо оборачиваются. Спешат покинуть зону звукового поражения. Скоро вокруг образовалось пустое пространство. Подходить к плачущему никто не решается.
Пришлось сделать вид, что я тут тоже ни при чём и отойти подальше. Пугливые какие родители. Ну и как у таких узнать дорогу? Сердечный приступ ещё прихватит кого.
- Вашу за ногу, - стою чешу лысый затылок.
Детёныш продолжает всхлипывать лёжа на полу. Родителей и след простыл. Это ни в какие ворота. Городские ещё хуже пригов. Хотел уже сам помочь малышу, но тут из толпы появилось несколько странных фигур. Тоже в серых комбезах, но ещё в шлемах с прозрачными лицевыми щитками. На груди и спине комбинезонов, а также макушках шлемов QR-коды. На поясах станеры и раскладные дубинки. Это, пожалуй, самые крупные люди, что я тут встречал. И выше остальных на десяток сантиметров и в плечах заметно шире.
Двое бережно подняли ребёнка. Двое двинулись ко мне. Оказалось, что с боков и сзади меня тоже уже окружают человек восемь с бело-чёрными квадратами. Похоже это полицейские. Они замерли на почтительном расстоянии, выстроившись в почти правильный круг. Лица напряжены, но агрессии не проявляют.
Ближе подошёл только один. Остановился метрах в трёх. Выставил вперёд левую руку с растопыренными пальцами.
- Добрый день, я старший офицер Антон Мальский. Представитесь пожалуйста, - о как у них тут всё вежливо."
"- Андрей, - и добавляю на всякий: - Я из пригорода.
- Это заметно, - кивает полицейский. - Вы беженец?
- Видимо да.
- Тогда вам нужно зарегистрироваться. Не против, если я провожу вас в участок и мы всё оформим как следует?
- Был бы очень благодарен.
- Отлично, - улыбается, подходит ближе, но руку со станера не убирает.
Вот это сервис. В моё время бомжей (а кто я для городских, если не бомж?) так деликатно не обхаживали.
Боковые стенки кабриолета раскладываются, превращаясь в пандус. Не спеша забираюсь в кабину. Антон садится рядом.
