– Да, – кивнул он, – но что можно взять еще с нищих? Зато ваши юноши… прости, юноши полян, взятые в наши войска, участвовали в дальних походах, видели дальние страны. И те, кто возвращался… пусть их было немного, но возвращались богатыми! А русы пришли и насели на вас своим задом. Они не просто берут дань, они превратили в рабов всех, от мала до велика. И даже земли ваши, некогда земли Великой Куявии, назвали Новой Русью!
Она видела, что он прав. Хазары были меньшим злом даже для полян. Их почти не видели, они приходили по весне, отбирали крепких парней в свое войско. С каждой семьи по одному, но детей в полянских семьях больше, чем зерен в маковой головке.
– Ладно, что ты хотел сказать?
– Напомнить, что у нас общие интересы, – сказал хазарин уже серьезно. – И давай действовать вместе… Или, по крайней мере, помогать друг другу. Ибо если русы укрепятся, то подгребут под себя все окрестные племена.
– И будут поглядывать на Хазарский каганат, – сказала она с ноткой злорадства.
Его глаза оставались серьезными.
– До этого еще далеко. А вот от ваших племен ничего не останется. Вы все станете русскими рабами! Или просто – русскими.
В комнату заглянул страж, выразительно подбросил монету на ладони. Ольха усмехнулась:
– Магия твоего золота иссякает.
– Я сказал достаточно, – бросил хазарин небрежно. – Подумай на досуге.
Ольха вышла и, в сопровождении стражей, вернулась в палату.
Она понимала, что хазарин жестоко прав. Русы пришли, чтобы остаться. Дань хазарам славяне почти не замечали, хотя дань кровью считалась самой тяжелой данью. Но в многодетных полянских семьях, где пятнадцать-восемнадцать детей не редкость, всегда находились охочие постранствовать, без принуждения шли в хазарское войско. Понятно, их первыми бросали на взятие чужих городов, но опять же – те первые могли сорвать драгоценные серьги и кольца с жертв, пытками заставить выдать спрятанное золото.
Ольха немало знала о хазарах, ибо в ее племени доживали век трое стариков, что ходили в походы еще с великим Марином, а недавно вернулись два воина, которые служили аларесиями, то есть телохранителями хазарского кагана. Правда, из племени уходило семь лет тому двенадцать сотен молодых парней… Впрочем, не обязательно все погибли. Кто-то мог остаться, прижиться.
От этих двух Ольха и знала о царстве хазар. С бедными кочевниками стряслось то же самое, что со славянами. Южных славян победила и ввергла в рабство невесть откуда явившаяся орда диких кочевников – черноволосых, узкоглазых, злых, во главе с ханом Аспарухом. Кочевники называли себя болгарами и покоренные земли тоже назвали Болгарией.