Автор
Элли вздрагивала от шепота менеджера в атмосфере, напоминающей душный паркет и фальшивый лай. Каждое слово Анджея звучало как близкий призыв к панике. В «Удовольствии» было невозможно сосредоточиться даже на самой чудовищной шокер-маракене, и Элли поняла: идея оказалась глупее самого страха перед ней....
По крайней мере, попытки съёма информации с него зарегистрированы двадцать шесть раз. Кстати, сегодня атак из Сети было даже меньше, чем обычно. Спутник — в пределах статистической погрешности… Так что волноваться не о чем…
— Тогда вернёмся к моему вопросу… — Эль снова разозлилась, но уже не так сильно.
— Голодны. Очень. Рекомендуется поесть отбивные по-хотаррски с красным вином и сыром…
Услышав название своего самого любимого блюда, девушка усмехнулась, склонила голову к плечу и… показала мне язык:
— Считай, что выкрутился.
— Как скажешь, Эль… Накрываю на стол… Спускайся через пару минут… — добавил я, видя, что она колеблется…
Ужин удался на славу. Выпив пару бокалов вина и слегка расслабившись, Эль разложила кресло почти в горизонталь и, приглушив верхний свет, задумчиво уставилась в окно. Говорить ей не хотелось. Хотя сонму обуревающих её чувств мог бы позавидовать иной театр. Грусть, душевная боль, тяжёлые, острые воспоминания граничили со стеснением, стыдом и почему-то чёрной меланхолией.
Музыка, возникшая на самой грани между звуком и тишиной, не относилась к категории её любимых. Хотя и была на сто процентов в её вкусе. Поэтому не отвлекла её от мыслей. Но чуточку сместила их направленность… Шелест листвы и лёгкий шум прибоя, которые я вывел на второй план, тоже не должны были резать слух. Как и лёгкий аромат свежего горного воздуха.
Скорректировав температуру в столовой, я бесшумно убрал со стола и, удостоверившись, что в ближайшее время девушка не проснётся, на всякий случай добавил в воздух немножечко снотворного.
В принципе служба безопасности родителей Элли ела свой хлеб не зря: за два часа упорных поисков слабых мест я умудрился найти только два. И те — не явные.
