Автор
Элли вздрагивала от шепота менеджера в атмосфере, напоминающей душный паркет и фальшивый лай. Каждое слово Анджея звучало как близкий призыв к панике. В «Удовольствии» было невозможно сосредоточиться даже на самой чудовищной шокер-маракене, и Элли поняла: идея оказалась глупее самого страха перед ней....
Постепенно погружаясь в пучину депрессии, девушка всё чаще и чаще ловила себя на том, что пытается влезть в давно заблокированные участки своей памяти. И заново пережить то, что когда-то превратило её жизнь в ад — «ласки» и «нежность» хозяина. Такие «погружения» в прошлое приносили боль, но отвлекали от мыслей, что она НИКОМУ НЕ НУЖНА…
К моменту, когда Олисс закончил анализ, Лия в очередной раз погрузилась в воспоминания и не сразу поняла обращённые к ней слова:
— Всё.
— Ничего особенного… — с трудом оторвавшись от просмотра файла, буркнула девушка и подняла глаза на стоящего рядом с её кроватью инкуба.
— Да? На кого ты похожа? Когда ты в последний раз умывалась и причёсывалась? А ну вставай!
— Мне хорошо и так… — попробовала было посопротивляться Лия, но не тут-то было: Олисс подхватил её на руки и поволок в ближайший санузел.
— Хватит надо мной издеваться!
— Не хватит! Не надоело себя жалеть? На кого ты стала похожа? Посмотри на себя?
— И что с того? — Кинув взгляд на стену, на которую парень спроецировал изображение с потолочной камеры, Лия вздрогнула и отвернулась.
— Ууууу… тяжёлый случай! — возмутился он. — Я помню тебя другой…
— Я тебя тоже… — огрызнулась девушка. — Только вот все эти воспоминания — неправда! Как мне надоели эти маски! Ненавижу эмо-блоки! Если бы не они, я могла бы жить, как обычные люди — верить в чью-то искренность, ждать обычного женского счастья, надеяться на то, что хоть следующий мужчина на моём пути обязательно полюбит меня по-настоящему! От всей души! И не чувствовала бы того, что каждое второе сказанное мне слово — ложь… Кому я нужна, а? Что молчишь? Задумайся — среди миллиардов людей, населяющих Лигу, нет НИ ОДНОГО, кому я нужна! Ты это понимаешь?! Тебе легче! Твоя хозяйка тебя действительно любила!
— Её уже нет… — глухо сказал Олисс.
