Я не знал, сколько такое положение вещей смогут терпеть воины, но вот денег на их содержание хватит всего на несколько месяцев. Дальше — конец нынешней жизни и начало чего-то другого. Я подозревал — не слишком радостного. Хотя, как уже говорилось, печальный финал мог настать намного раньше. Для него требовалось всего одно неудачное сражение. Пополнение ведь взять неоткуда.
В связи с такими мыслями невольно вспоминались подчиненные, оставленные на континенте. Они все еще числились моими воинами, подданными, готовы были повиноваться. Однако связь с ними являлась односторонней. Я мог отдать невероятно ценные указания, например, разогнать ополчение, в нынешней ситуации лишь проедавшее запасы. Или же посмотреть через глаза подчиненного. Вот только ответить мне никто не мог. А значит и не был в силах рассказать о ситуации в регионе. Но тогда какие же приказы отдавать? Как понять положение вещей? Вот недавно мне пришло сообщение о гибели порядка тридцати солдат. То есть шестой части от того войска, что находилась на континенте. Это были серьезные потери. Но вот кто их нанес, и какие ответные шаги следовало предпринять? Я не знал и не смог бы узнать без налаживания связи.
Вот только может вместо полумер стоило просто вернуться? Ударить по наглым захватчикам? Или все еще следовало ждать? Надеяться застать тот самый благоприятный момент, который все никак не хотел наступать. Вопросы, вопросы и ставка ценой в сотни жизней. Честно, порой казалось, легче сдохнуть, чем нести на себе груз ответственности.
— Чего ты тут один киснешь? — раздался хорошо знакомый голос.
— Думаю. И тебе бы тоже не мешало это время от времени делать, — ответил Гвинеду в тон.
— Не, думать совершенно не охота, тут как начнешь размышлять, так одно расстройство. Ну, или безумно смеяться хочется. Вот как я подумаю о твоем неуемном желании вновь сунуть голову дракону, но на этот раз абсолютно буквальном, так вопросы сразу возникают. Так и хочется спросить, а стоит ли приобретать домик с видом на море или лучше на этом месте сразу могилку копать?
— Думаешь, я зря рискую? — спросил у паладина абсолютно серьезно.
Насчет драконов — нет, — после долгих раздумья ответил Гвинед. — Тут другое. Как бы сказать. Ты знаешь, я за тобой пойду куда угодно. И дракону в пасть и в пекло Инферно. Но вот мои парни. Они также храбры и тебя ценят, но при этом желают определенности. Понимания того, что дальше будет. За сытное будущее рискнуть не грех.
