В мире без звуков, света и гравитации Антон ощущает внезапный удар боли, будто мир рухнул на него. Прежде чем он успевает понять происходящее, сознание затуманилось, а в нем потянулись странные образы и чувства — как будто вошел в новый, чужой мир.
Поэтому он и выдернул Леща. А чем, как не дестабилизацией обстановки, можно расшатать власть? Деньги они перевели, а кто-то их благополучно получил на организацию терактов. Если сейчас все это связать с событиями, происходящими вокруг Хаяри, можно с уверенностью сказать, кто будет контролировать исполнение планов Хорина."
"– Твои предложения? – генерал сделал вид, что согласился с выводами Антона полностью, и устало прикрыл глаза, приготовившись слушать.
– Я лично возлагаю определенные надежды на Джина, – Антон пожал плечами.
– Это ясно, – перебил генерал. – Там этим, естественно, займутся. На какое направление бросать твоих орлов?
– На отдых давно пора, – неожиданно заявил Антон. – На пределе месяц. Одна задача сменяется другой. Не продохнуть. Самое неприятное, что не видим ощутимых результатов от этой командировки.
– Нет, – генерал хитро прищурился. – Я знаю, в чем дело. – Он наклонился и перешел на шепот, хотя подслушать их в этом помещении комендатуры, устроенной под резиденцию разведчиков, никто не мог: – Просто Хаяри оказался серьезным противником. Таким, от которых ты успел отвыкнуть. Неудачи этого месяца и то, что ты еще ни разу не увидел следов его присутствия на этой земле, деморализовали.
– Вы не правы, – Антон возмущенно фыркнул.
– Но потом-то он исчез, – сощурился генерал. – Причем словно растворился в воздухе вместе с машинами, людьми, женщиной и оружием.
Антон нахмурился. Он впервые поймал себя на мысли, что, увлеченный преследованием, ни разу не сел и не обобщил всю информацию, которой уже накопилось немало.
– Ладно, – генерал поднялся. – Утро вечера мудренее.
– Только не в Чечне, по которой бродит этот араб. – Антон нервно забарабанил пальцами по крышке стола.
– Все-таки допускаешь бактериологическое оружие? – Генерал, чертыхнувшись, постучал костяшками пальцев по крышке стола. – Не дай бог.
