В темноте трактирского подвала, где воздух застывал и время замедляло ход, я с трудом пришел в себя. В голове клубился дурманящий мрак, а вокруг лихорадочно кружились воспоминания из недрах забытого прошлого. Этот тёмный уголок Каменного века окутывал меня своей необозримой атмосферой опасности и загадочности, где каждый шаг мог быть последним в моей бессмертной жизни....
Данна поцеловала меня и ушла на кухню.
Вот так всегда, что-то делаешь, мастеришь, а женщинам только пользу подавай. И ведь таскала бы с собой такую сумму, не задумавшись.
С этими мыслями я плюхнулся на приятное кресло в гостиной, за столом, обставленным едой. И тут вспомнил, что не ел весь день, поэтому Данна довольствовалась только моими кивками ‒ отвечать я не мог физически из-за набитого рта.
Поужинав, мы пошли в спальню. Данна намеками хотела внимания, но, не получив от меня желаемого, быстро уснула, так как за день набегались все.
Поэтому ушёл в соседнюю комнату, чтобы не разбудить девушку. Там уже стояла вторая кровать со столом и креслом. Я принялся за плотное чтение.
Дочитав обстоятельства жизни Авелия в родном мире, ничего ценного для себя не подчерпнул. Свою причину смерти на Земле он принципиально не указывал, рассказывал только то, что последние годы работал энергетиком в госструктурах, разрабатывал энергоузлы для новых машин и агрегатов, на благо объединенной федерации.
Десятилетняя война на уничтожение с зелоидами многое поменяла в умах людей. Да, и из восьми миллиардов населения осталось только чуть больше полумиллиарда, так что представители стран были не в состоянии строить козни друг против друга. Выжили только те, кто всей душой не хотел повторения геноцида.
Как ни странно, меня он тоже упоминал вскользь, как «Великого героя, майора Родина», закончившего миссию, получившего какие-то там посмертные награды.
"В следующих частях он кратко описывал своё путешествие. Но закономерно одно – всегда и везде он вёл себя максимально скрытно. Охота на иномирцев была и тогда.
Шли годы, десятилетия. Он окончательно понял, что он просто многоразовый инструмент, который в скором времени будет заменен. Тогда он и стал отшельником. Ни к тьме, ни к свету, он больше не хотел принадлежать. Он сильно ударился в магию, а в частности в рунную магию.
