В темноте трактирского подвала, где воздух застывал и время замедляло ход, я с трудом пришел в себя. В голове клубился дурманящий мрак, а вокруг лихорадочно кружились воспоминания из недрах забытого прошлого. Этот тёмный уголок Каменного века окутывал меня своей необозримой атмосферой опасности и загадочности, где каждый шаг мог быть последним в моей бессмертной жизни....
Мы скоро просто не успеем отбиться! Геноцид, всего лишь вопрос времени! Все это понимают! – С неодобрением седовласый посмотрел на парня.
– Ладно, не будем портить себе праздничное настроение, – уже с улыбкой произнес он. – Но, как ни крути, вопрос остается открытым. И в наших интересах ускорить процесс нашей работы. И я говорю не только об увеличении рабочего времени! Мы и так тут с вами ночуем иной раз. Я говорю о полноценных экспериментах на людях! Я вызываюсь первым добровольцем. Кто еще решится, милости прошу…
В помещении воцарилась гробовая тишина.
– Леонид Львович, мы все прекрасно понимаем серьёзность нависшей над нами угрозы и не смеем противиться вашему решению. Но вы ‒ ведущий биоинженер и нейропрограммист. Мы не можем вами рисковать, – сказал высокий светловолосый парень с кудрявыми волосами. – По крайней мере, я точно готов вас заменить.
– Я присоединяюсь к Александру, – сказал я.
– Илья и Саша, похвальное рвение, – хмыкнул руководитель исследовательской группы. – Хорошо! Легко соглашусь, я слишком трусоват, чтобы отпираться! – с усмешкой сказал седовласый, и его поддержал стройный хор смешков.
– Но то, что осложнений с нашей технологией не наблюдается ‒ это не значит, что все будет сладко! – сразу посерьёзнел руководитель, отпивая вино. – Как и по плану, удаление сторонних имплантов, всё-таки работать будем с нижним мозгом, хоть и работу с генами возьмет на себя наша подсистема… Ладно, а сейчас давайте выпьем за успех!
И все громко зазвенели бокалами.
* * *
Проснулся я с ужасной болью в затылке и всем теле.
– Рок! Он проснулся! – радостно закричала Эва.
– Не кричи… – осипшим голосом сказал я, корчась от головной боли.
– Ой! На, попей быстрее. Это целебный отвар на основе магии земли и жизнянки… – аккуратно подняла мне голову девушка и прислонила миску к губам.
Это самый божественный напиток, что я пил. Я только сейчас понял, насколько меня мучила жажда. В это время настоятель вошел в комнату."
"– Вижу, выкарабкался. Хотя, если не убило сразу, на инициации, то в любом случае выживают, – хмыкнул дед. – Но ему сейчас нужно усиленное питье отваром, через пару суток будет хоть на парад.
– Да, дедушка, все сделаю! – засуетилась Эва.
Я опять провалился в омут тревожного сна.
