В глубоком северном уголке мира мы оказались: городок Тривис, населенный около пяти сотен тысяч душ. Нас ждала десятичасовая перелетная прогулка на самолете над незнакомыми землями. По прибытии перед нашей командой предстала панорама ярких северных пейзажей и удивительной красоты моря. Наш постоянный домик оказался простым двухэтажным зданием на тихой улочке, где мирно спало множество таких же однотипных домиков....
- Если ты попадешь в начало нашего пути на Лирее, то не будет никакого Майка, и с Эриком у вас тоже ничего не будет….
Я упрямо покачала головой, а Адам продолжил:
- Подумай о родителях.
Я опустила глаза. Да, за эти годы я старалась не думать о том, как они пережили мою потерю. А сейчас получается, что они еще ничего и не знают. И можно избавить их от горя. Сердце в груди разрывалось от боли. Но я не могла остаться. Там Майки. Я не могу бросить собственного ребенка.
Адам тихо сказал:
- Останься здесь со мной.
Я закусила губу, слезы катились из глаз:
- Я не могу…
Я знала, что он говорит правду, и знала, что не смогу бросить собственного ребенка и любимого мужчину и остаться здесь.
Достала листик и ручку из кармана, и написала пару строчек родителям: “Дорогие мама и папа.
- Вот, передай моим родителям, адрес я написала. Пусть лучше думают, что я сволочь, чем хоронят меня.
Адам согласно кинул:
- Передам, - а потом крепко обнял меня и поцеловал в макушку, - Будь счастлива. И поцелуй Майки от меня.
- Обязательно, - слезы лились не переставая.
Потом я мягко отстранилась и стала быстро спускаться на дно оврага, где еще осталось немного тумана.
Пространство вокруг окутывает белая дымка, не слышно звуков, как будто весь мир замер в ожидании…
Туман медленно рассеивается, я стою в лесу, и снова, прежде всего по запаху понимаю, что я на Лирее, и только потом обращаю внимание на чуть отличающиеся деревья и звуки леса.
Сердце одновременно радостно и тревожно заходится в бешеном ритме.
Направляюсь в сторону пункта распределения, я долго изучала карты точек пересечения, и на местности ориентировалась хорошо.
Команда была другая, и я с облегчением выдохнула, значит, точно попала на Лирею не шесть лет назад. Это радовало, но все равно было страшно, сколько же прошло времени здесь.
Мы сблизились со встречающими, они радостно улыбались, им это по регламенту положено.
