Весна, наполненная шумом веселых птиц и легким трепетом первых цветов, притягивает героя в мир загадочных событий. Жаркий полдень приближается, а он еще сидит за железной дверью, разделяющей его от опасности.
Скоро и сам узнает, когда я официально отрекусь от наследования трона в его пользу. Лишь бы сохранить рядом с собой этот прекрасный цветок…
Поймав себя на том, что снова смотрю на играющую с детьми кагханию, недовольно цокнул языком и направился в другую сторону. Брат поспешил за мной, понимающе посмеиваясь. Я одёрнул его:
— А где остальные пажи?
— Мальчики там, — Дэдж показал на поваленное дерево, на котором сидели дети.
На голове одного стояла фея и с завистливым интересом наблюдала за игрой девушки, детей и других фей, но покидать своего мальчика, чтобы присоединиться к веселью, не спешила. Я проговорил про себя имена пажей моей кагхании, вспоминая, кого как зовут.
— Матвей? — подошёл к детям, отметив, что второй стремительно завёл руку за спину. — Почему лишаешь свою фею веселья? Обижать этих существ не стоит.
— Я предлагал Аредэль, — поднявшись, серьёзно ответил мальчик. — Но она не хочет. Обманывает, конечно, вижу, как ей не терпится. Но уважаю её мнение, поэтому сделал вид, что верю.
Фея иронично фыркнула и осыпала его светящейся пыльцой. Я поверить не мог, как сильно эти волшебные существа прикипели к детям, ведь легенды гласили, что феи крайне недружелюбны и агрессивны.
— А сам почему не играешь? — спросил я. — Нам долго лететь, а в корзине, как ты знаешь, места мало.
Теперь поднялся второй мальчик и сообщил:
— У нас серьёзный разговор.
— Идём, — потянул меня Дэдж. — Похоже, мы помешали.
— Не думаю, — я не двинулся с места и присмотрелся к ребёнку: — Рустам. Кагхания часто хвалила твою доброту и отмечала рассудительность. Но унести что-то из пещер харги крайне неразумно.
— Откуда вы знаете? — испугался мальчик. — Как заметили?
— Ты спрашивал совета у товарища, — я кивнул на Матвея. — Но на самом деле ты и сам знаешь, как поступить правильно. Только боишься при этом не получить желаемого. Верно?
Он кивнул и обречённо потопал к жрице. Второй мальчик побежал следом, а брат повернулся ко мне и покачал головой:
— Давать другим совет, которому сам не последовал, недостойно кагхана.
— О чём ты? — я выгнул бровь и завёл руки за спину.
— На самом деле ты и сам знаешь, — хихикнул Дэдж, возвращая мне фразу, брошенную ребёнку. И снова потянул за рукав: — Идём, послушаем, что ответит харги.
Когда приблизились, к нам, чувствуя, что происходит нечто важное, подбежали и девочки. Рустам стоял, протягивая руки к верховной жрице. На его раскрытых ладонях сидел паучок величиной с мелкое яблоко.
