Весна, наполненная шумом веселых птиц и легким трепетом первых цветов, притягивает героя в мир загадочных событий. Жаркий полдень приближается, а он еще сидит за железной дверью, разделяющей его от опасности.
Итак, стало ясно, что всё произошедшее — тщательно разработанный план, в котором лишь заменили главную героиню. Но дети-то причём⁈
Ощутив, что теперь самое время узнать это, спросила напрямик:
— Где мои пажи?
— Дети? — Фэнрис поднялась и неопределённо взмахнула рукой. — Где-то здесь. Уверена, что с новой магией, пробудившейся в тебе после предательства любви, ты легко найдёшь каждого.
Сжав кулаки, я сдержала крепкое словцо.
Так мне приготовили квест?
— Только поторопись, — двигаясь к выходу, беспечно добавила отступница.
Глава 37
Последние слова Фэнрис звучали у меня в ушах, повергая в ужас, и сердце то и дело пропускало удары, а я бежала по коридорам, не зная куда. И спросить было не у кого. Стоило женщине выйти за дверь, как я очнулась от шока и подорвалась следом, но вокруг уже не было ни души.
Отступница могла передвигаться в пространстве и между мирами, она чётко дала понять это И потребовала от меня того же. Я подозревала, что дело было в знаке ключа, что теперь золотился на моём запястье вместо дракона.
Поэтому я бежала по пустынному замку и звала детей:
— Эля! Поля! Амалия! Девочки, отзовитесь!
Как жаль, что феи не пошли со своими детьми. Конечно, сами ребят решили, что лучше расстаться, ведь неизвестно, как жилось бы у нас волшебным существам. Вдруг бы они погибли? Или попали в руки учёным? Никто не желал такой участи своему другу.
Но теперь они оказались без какой-либо поддержки, и я не знала, где искать детей.
— Матвей! — не переставала кричать изо всех сил. — Рустам! Мальчики, вы где⁈
Когда меня и детей окружили, с Фэнрис совершенно точно были ещё люди. Маги, только неизвестно из какого мира. Их лица скрывали маски, да и по одежде было невозможно что либо предположить. Сейчас же вокруг не было никого. Даже слуг!
И Валинры…
Я остановилась, чтобы перевести дыхание и задумалась, стоит ли позвать девушку. Интуиция говорила мне, что она отзовётся.
Мысль о кагхане принесла такую острую боль, будто меня ткнули в грудь ножом. Запястье, где была метка истинной пары, заныла и зачесалась. Как когда-то, во время моих первых дней в этом мире. Тогда подумала, что это аллергия на металлический браслет, но оказалось, что я предвидела опасность, грозившая моему фиктивному жениху.
