Автор
В руках хрупкой девушке, сидящей за бедным металлолавром корабля, пытается восстановить связь с далеким звездолетом. В воздухе чувствуется напряжение и предчувствие неизвестности, когда внезапно приборы отключаются, и все погружается в абсолютную тишину, заставляя поиски жизни ужасать до глубины души....
– Разве не рискованно привлекать к себе неизбежное и ненужное внимание, спасая преступницу, когда в затылок дышит цанпо и Лхаце, а на кону судьба тщательно спланированных и подготовленных изменений в государстве?
Черт удостоил меня грустной улыбки.
– Мои мотивы не были благородны. – В янтарных глазах загорелась злость. – Не сомневаюсь, что он никогда не пал бы столь низко.
«Он», то есть Исмаил, был слишком занят Кимом, группой, Клариссой и увеличившимся количеством чу, постепенно окружающих станцию, поэтому, к моему счастью, не мог слышать нашего тихого диалога.
– Вот поэтому он мне не нужен.
Вангьял повернулся и озадаченно оглядел мое лицо, полагаю, считывая эмоции и выстраивая на их основе вероятные логические цепочки моих умозаключений. Я усмехнулась.
– Могуэй, – беззлобно, с долей восхищения заключил Вангьял.
Рядом с нами уже плавали около десяти чу.
– Ким, они знают, что это механический объект и что внутри кто-то есть, – крикнул он профессору и вновь сосредоточил все свое внимание на мне.
– Я эмпат, – улыбнулась я. – Забыл?
Вангьял с усмешкой покачал головой. Нет, ему этого не забыть.
– Стало лучше? – задала я следующий вопрос.
– Определенно. Спасибо. – Он на мгновение задумался, после чего в янтаре сверкнуло лукавство.
И упустить возможность увидеть восхищение в адрес моих навыков эмпата? Да ни за что! К тому же подобные изречения не столько помогут, сколько навредят. Сравнивал себя с Исмаилом Вангьял, а не я, значит, менять цифры на пьедестале мне нужно было в процессе очередного такого сравнения, подловив черта на слове. Ляпни я «ты лучше» даже в порыве самых лучших побуждений, раненая человеческая гордость интерпретирует это, как «ее чувства к тебе ненадежны, может появиться кто-то лучше».
– Но я-то умная.
Вангьял захохотал, так открыто и искренне, что привлек к себе внимание окружающих. Что может быть приятнее двойного восхищения со стороны любимого мужчины: сначала профессиональными навыками, затем откровенной самоуверенностью? Ничто. Правда, последнее от него и переняла, но кого это волнует.
