Автор
В руках хрупкой девушке, сидящей за бедным металлолавром корабля, пытается восстановить связь с далеким звездолетом. В воздухе чувствуется напряжение и предчувствие неизвестности, когда внезапно приборы отключаются, и все погружается в абсолютную тишину, заставляя поиски жизни ужасать до глубины души....
Правильная еда, правильная работа, правильная природа, – пояснила я.
Мы прошли мимо кухни и остановились рядом с узкой, извилистой лестницей, ведущей наверх, в гору.
– Подождем.
– Подождем, – пожала я плечами.
Больше получаса прошло, прежде чем Сламет появился в поле нашего зрения. Довольный собой, он практически кубарем катился вниз. А когда донизу докатился, стало слышно, что он себе под нос что-то глухо напевает. Вот такого веселого и прыткого Вангьял его поймал.
– Здравствуй. – Одного слова представителя царствующего дома хватило, чтобы хорька согнуло пополам.
Парень разволновался.
– Никак не могу, – прошептал он. – Совет отдал поручение.
– Это не просьба, – холодно отчеканил Вангьял и кивком головы указал хорьку на служебную дорожку. – Вперед. Молча.
Бледный, испуганный и злой, неудачливый хитрец последовал в указанном направлении. Мы миновали рабочее поселение и покинули территорию дзонга. Эти ворота были не такими помпезными, их не покрывали многочисленные сложные рисунки, они немного выцвели, но понравились мне гораздо сильнее парадных, как и сами рабочие, что приглянулись мне больше здешних хозяев.
Вдоль стены с внешней стороны петляла тропа. По ней мы и добрались до автомобиля. Все время пути Сламет шел с прямой как палка спиной, шевелил только ногами, голова и руки оставались неподвижны. Он не просто боялся Вангьяла, он был парализован.
Все в том же молчании мы погрузились втроем в автомобиль, причем в целях безопасности меня погрузили на переднее сиденье, и поехали.
Во дворе Вангьял поставил Сламета на колени и произнес одно слово:
– Говори.
Пока он это проделывал, домашние будто растворились в воздухе. Никого, кроме меня, не осталось.
Сламет забормотал быстро и тихо, и я ни слова не смогла разобрать. Причина была не только в скорости, с которой он выдавал свои тайны, но и в диалекте. Слова вроде были знакомы, но уловить их смысл не получалось.
Вангьял взглянул на меня, хитро прищурился и усмехнулся.
«Не все». Я прищурилась в ответ и мило улыбнулась, подтверждая его мысли. После чего, так же как и остальные, тихо удалилась.
Я его отвлекала. Сламет был столь послушен не столько из-за родства Вангьяла с цанпо, сколько из-за понимания, что перед ним стоит воин силы. Я же этого воина своим присутствием делаю человеком. А человеку свойственна слабость.
