Автор
В полночь раздался шум — возможно, кто-то заходит к вам домой. Вы одеваетесь спешно, готовясь встретить непредвиденного гостя. Прибор на столе включается сам собой, и ваш взгляд мгновенно устремляется к входной двери. Это лишь начало страшного приключения, где каждый шаг может быть последним....
Честно говоря, мне не слишком хотелось пожимать ему руку. Но Сергей протянул ее мне. Я быстро коснулся влажной ладони, незаметно вытер свою руку о край скатерти и натянуто улыбнулся.
Сергей схватил лежащую перед ним вилку и, вертя ее в пальцах, сказал:
– Ну, пока еду не принесли, выкладывай.
– Что? – Я решил поддержать разговор.
– Как – что? – заржал журналист. – Зачем звал? Какой компромат приволок? На кого? Имей в виду, сведения о Кате Пупкиной, главной певице вокзального ресторана Мухосранска, меня не привлекают! У тебя что? Фото? Вымай!
Я вытащил удостоверение.
– Так. И зачем я тебе понадобился? Небось в твоем бизнесе, напротив, платят за молчание.
– Не всегда, – улыбнулся я, – иногда мы отсчитываем деньжонки тем, кто вовремя раскрывает рот.
Сергей швырнул вилку на скатерть.
– Меньше чем за сто баксов я даже не зевну.
Преодолевая отвращение, я открыл портмоне, демонстративно пересчитал зеленые купюры, выданные мне Норой на непредвиденные расходы, и сказал:
– Сначала ответь, ты знал Олега Колпакова?
– Ну, – кивнул Сергей, – слышал про такого, фотограф.
– Он передал тебе пакет с негативами, отчего не напечатал снимки, ведь Олег умер?
Сергей обнажил гнилые зубы:
– А зачем? Ничего особенного на фотках нет!
– Насколько я знаю, на них была запечатлена девочка…
– Ага, – хмыкнул Сергей, – девочка-припевочка! Не смеши меня, девочкой она была так давно, что и не помнит. Порнуха! Мы такое не даем, кстати, и законом запрещено.
Я поморщился.
– А вот вчера на ваших страницах поместили весьма интересную подборку, – не удержался я.
Сергей хмыкнул:
– Да уж, больше таких не будет.
– Что так? Вы меняете профиль издания? Станете теперь писать об искусстве? – съехидничал я. – Это денег не принесет.
– Точняк, – заржал журналист, – бабки можно огрести только на голой жопе.
– Почему же вы решили не публиковать откровенные фото?
Тут появился официант, и Сергей начал быстро резать кусок мяса. Ел журналист неопрятно, капая соусом на стол. Сначала порезал отбивную на мелкие кусочки, затем отложил нож и принялся суетливо запихивать в рот мясо, картошку, овощи, изредка помогая себе большим пальцем левой руки. Мне такое поведение за столом запретили года в два. Все детство я просидел около тарелок, держа под мышками две книги.
