Автор
В полночь раздался шум — возможно, кто-то заходит к вам домой. Вы одеваетесь спешно, готовясь встретить непредвиденного гостя. Прибор на столе включается сам собой, и ваш взгляд мгновенно устремляется к входной двери. Это лишь начало страшного приключения, где каждый шаг может быть последним....
Шергина была красавицей, а Арсеньева напоминала мышь, которая по недоразумению попала в стиральную машину, прокрутилась пару циклов в барабане и вот теперь вылезла и сидит на полу, плохо понимая, что с ней стряслось."
"На голове у Вари топорщились редкие блекло-серые прядки, постриженные короче некуда. Маленькое личико с мелкими чертами не задерживало на себе взгляда. Впрочем, может, если она, собираясь на выход, воспользуется косметикой, то станет выглядеть намного лучше, на моей памяти несколько раз при помощи туши, губной помады и румян совершалось превращение гадкого утенка в лебедя.
– Входите, – прошептала она, – ничего, если на кухне посидим?
– Очень люблю это место, – улыбнулся я.
Неожиданно Варя тоже улыбнулась и сказала банальность:
– Путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
Я не стал спорить, хотя знаю другую, более короткую дорогу.
Усадив меня за маленький столик, такой крохотный, что я ощутил себя Гулливером в стране лилипутов, Варя засуетилась, готовя чай.
– Что случилось с Аленой? – начал я беседу.
Варя схватила посудное полотенце и прижала к глазам.
– Не знаю, – наконец ответила она.
– Но вы сказали, что…
– Мне позвонили утром, около одиннадцати. Я только-только приехала из командировки, вот чемодан еще не разобрала. – Я проследил глазами за ее рукой и увидел саквояж, на ручке которого болталась бирка «Аэрофлот».
– Луковск? – удивился я. – Где такой находится?
– В Московской области, – пояснила, шмыгнув носом, Варя, – в принципе не очень далеко, минут пятнадцать от МКАД.
– Но зачем ее туда понесло? – продолжал изумляться я. – Вчера Алена, правда, не сказала, куда поедет.
Варя снова схватилась за посудное полотенце.
– Господи! Я неделю назад отправилась в командировку. Вчера мне вечером, поздно, позвонила Алена и заявила, что переезжает на дачу, сказав: «Не волнуйся, если по телефону не отвечу, сама знаешь, какая у нас зона. Там, возле Луковска, мобильники отвратительно работают, не знаю, в чем дело». Ну почему меня не было? Господи, что же теперь делать?
И она снова залилась слезами.
