Автор
В полночь раздался шум — возможно, кто-то заходит к вам домой. Вы одеваетесь спешно, готовясь встретить непредвиденного гостя. Прибор на столе включается сам собой, и ваш взгляд мгновенно устремляется к входной двери. Это лишь начало страшного приключения, где каждый шаг может быть последним....
Я начал потихоньку убывать в страну Морфея.
Внезапно до слуха донеслось тихое всхлипывание, потом оно стало громче и таким отчаянным, что я вынырнул из сладкого болота дремоты. Филимон, очевидно, тоже обратил внимание на звуки, потому что сел и замолотил лапами в воздухе."
"– Не нервничай, – велел я, вышел в коридор и постучался в соседнюю дверь.
– Нельзя! – крикнула Миранда.
Но я уже толкнул створку. Девочка стояла сгорбившись у окна, на голове у нее был тюрбан из полотенца.
– Что случилось, милая? Ты плачешь?
– Ни фига подобного, – шмыгнула носом девочка.
– Но я слышал!
– Это по телику передавали!
– В этой комнате нет телевизора.
– Значит, по радио, – нашлась Миранда.
Я подошел ближе, увидел совершенно красные глаза, серьгу, торчащую из распухшего носа, и решил успокоить ребенка:
– Скучаешь о маме? Успокойся, дорогая, она скоро вернется.
– На фига мне Настька сдалась, – окрысилась Миранда, – с чего о ней плакать? Да ее никогда нет!
– Тогда скажи, что случилось, знаешь, если поделиться с другим своим горем, станет легче.
Миранда прищурилась:
– Смеяться не станешь?
– Нет, конечно, – успокоил я ее и сел в кресло, приготовившись услышать рассказ о первой несчастной любви.
– Тогда смотри, – хмуро сказала Миранда и сдернула полотенце.
Я обомлел. Коротенькие волосы девочки были ядовито-зеленого цвета, столь пронзительного, что у меня защипало в глазах. Подобного цвета в природе не существует. Ни молодая листва, ни лягушка, ни хвоя ели… Нечто кислотное, отвратительное, вульгарное…
– Ну и как? – осведомилась Миранда.
– Немного смело, – ответил я, – весьма необычный тон.
– Думаешь, я такая дура, что собралась ходить как взбесившаяся жаба? – надулась Миранда.
Человеку, который проколол ноздри и засунул туда «гвоздик», в голову могут прийти всякие мысли, и потом, кожа жабы ничто по сравнению с «пейзажем» на голове Миранды.
– Хотела стать блондинкой, – горестно пояснила глупышка.
Я протянул руку к яркой коробочке, лежащей на столе.
– Ты это средство употребляла? Можно посмотреть?
– Смотри, – разрешила Миранда.
Я прочитал инструкцию.
– Раньше когда-нибудь пользовалась краской?
– Да с семи лет! – воскликнула модница. – Все время! Уже была рыжей, брюнеткой, русой…
– В этом твоя основная ошибка!
– Ой, только не заводись, – отмахнулась безобразница, – не надо читать мне лекции…
– Я и не собирался. Просто смотри, вот тут маленькими буковками написано: «Ни в коем случае не употреблять на окрашенные прежде волосы».
