Гул ритмично запульсировал, нарастая, и в такт ему замигали лампы на потолке. Потом круг распался, и гул вернулся к прежнему уровню.
– Он взлетел, – сказала Калиша.
Никому не требовалось объяснений, кто «он».
– Хотелось бы мне снова полетать на самолете, – мечтательно протянула Хелен. – Вот было бы здорово.
– Они будут его дожидаться, Ша? – спросил Никки. – Или просто пустят сюда газ? Как думаешь?
– Кто назначил меня профессором Ксавье?[58] – Калиша ткнула Авери локтем в бок… но ласково. – Проснись, Авестер, и вдохни запах кофе[59].
– Я не сплю, – ответил Авери. Это была не совсем правда; он по-прежнему дремал под приятный гул. Думал о телефонах, которые становятся все больше, как шляпы Бартоломью Каббинса становились все больше и навороченней. – Они будут ждать. Должны ждать, потому что Люк узнает, если с нами что-нибудь случится. А мы будем ждать, пока он не доберется сюда.
– А потом? – спросила Калиша.
– Мы позвоним по телефону, – ответил Авери. – По большому телефону. Все вместе.
– А насколько он большой? – встревоженно спросил Джордж. – А то последний, который я видел, был огроменный. Почти с меня.
Авери только помотал головой. Глаза у него закрылись. В сущности, он по-прежнему был мальчиком, которому давно пора спать."
"Дети из Палаты А – даже Калише было трудно мысленно не называть их овощами – все еще держались за руки. Лампы вспыхнули ярче, одну даже закоротило. Гул стал сильнее и ниже. Калиша не сомневалась, что все на Ближней половине его ощущают – Джо и Хадад, Чед и Дейв, Присцилла и этот гад Зик.
И остальные тоже. Напуганы ли они? Возможно, немного напуганы, но…
Они считают, что мы в ловушке, подумала она. Уверены, что им ничто не грозит. Что мятеж локализован. Пусть и дальше так считают.
Где-то есть большой телефон – самый-пресамый большой, – к которому подключены параллельные телефоны в разных комнатах. Если они позвонят по этому телефону (когда позвонят, потому что иного выбора нет), здесь, в туннеле, высвободится энергия мощнее любой бомбы, когда-либо взорванной на земле или под землей.
Гул, сейчас лишь несущая волна, перерастет в вибрацию, способную рушить здания, уничтожать целые города. Сколько детей, в чьих головах не осталось ничего, кроме энергии, из-за которой их похитили, ждут звонка по большому телефону? Сто? Пятьсот? Может, и больше, если Институты есть по всему миру.
– Никки?
– Что? – Он тоже уже задремывал, так что ответил немного раздраженно.
