В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
М-да… уж лучше бы я его не заметила и просто прошла мимо.
От услышанного почувствовала себя так, будто кто по голове кто-то шандарахнул — настолько дикой показалась мысль, что всё это на полном серьёзе.
А следующее, что накатило — это ярость и злость на Глеба.
— И как долго ты… «пасёшь» меня? Хотя, какого чёрта ты, вообще, следишь за мной?! — даже не подумала говорить чуть тише, дабы не привлекать к себе внимание мимо проходящих людей.
— Наверное, с того, что моя девушка обещает мне одно, а делает прямо противоположное.
— Вот уж точно не придумывать у себя в голове всякие гадости про эту невинную встречу, а просто спросить у своей девушки, Глеб! Вот то, что ты должен был сделать в первую очередь! И я бы призналась сразу! — я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Уж извини, но я посчитала, что должна донести до Паши, и так, чтобы он больше не надеялся, глядя ему в глаза, а не по телефону.
Прекрасно видела по его глазам, что он собирается соврать.
— И только попробуй солгать! — предупредила его зловещим шепотом, пока он не усугубил, и без того, напряженную ситуацию. — Ну так что, сказал бы?
— Нет, — после непродолжительного молчания, в течении которого он, видимо, принимал решение, нехотя ответил Глеб.
Замечательно! Просто нет слов!
Бороться с некоторыми недостатками, такими, как кобелизм и ревность, и перевоспитывать его понемногу — с этим я ещё была согласна. Но терпеть такое?..
Ответа на этот вопрос у меня пока не было.
— И как давно ты следишь за мной? — решила уточнить, с какого момента моя жизнь находиться под пристальным оком Глеба.
— Жанн…
— Ответь сначала на мой вопрос! Мне нужно знать — в какой момент ты вдруг решил, что имеешь право вмешивать в наши отношения совершенно посторонних людей, которые будут отслеживать каждое моё движение и докладывать тебе, что и как я делаю!
— Да не слежу я за тобой в том смысле, в котором ты думаешь, — с досадой проговорил он.
Смысл того, что он хотел сказать, но видимо не осмелился, я вполне поняла, когда он замолчал.
