В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
Я то рассчитывала на то, что увижу улыбающуюся физиономию своего то ли парня, то ли нет (сейчас будем определяться в этом), а увидела совершенно серьёзное, чуть осунувшееся за эту неделю, что мы не виделись, лицо.
Именно из-за этой «серьёзности» я немного и растерялась. Я то думала, что как только увижу Глеба, сразу же начну язвить и наезжать на него. Но его вид полностью поменял мои планы. Раз он не собирается вести нашу беседу в шутливой форме, то и мне стоит вести себя иначе.
— Привет, — негромко произнёс Глеб, протягивая мне один цветок, который очень смахивал на один из тех, что садит моя соседка в палисаднике под окнами нашего дома.
— Ты хоть представляешь, что с тобой сделает соседка, если узнает, что ты «скоммуниздил» с её клумбы этот аленький цветочек? — спросила, принимая сей презент. Своим вопросом я постаралась сгладить неловкость, которая, казалось, повисла в воздухе между нами в этот момент.
— Если хозяйка этой клумбы, что находится перед твоим домом, милая бабулька сидящая в данный момент на лавочке, то боятся нечего.
Чёрт! Как же сильно я соскучилась по нему за эту неделю! Не видя Глеба, я уже даже стала сомневаться в том, о чём сказала тогда Паше в кафе — то, что люблю этого мужчину.
Но теперь, глядя в его глаза, понимала — ни фига подобного! Я действительно влюбилась в этого мужчину! То, что я испытывала к Глебу — больше ни к одному мужчине в своей жизни я так не относилась. И это пугало до одури, если честно.
Если мы всё же расстанемся, то выползать из этой «ямы» я буду долго и мучительно.
— Кошмар! — буркнула я, отступая на пару шагов назад, безмолвно намекая, что он может войти. — Теперь даже «любимые» соседушки в курсе моей личной жизни! И откуда они только всё узнают?!
Я направилась в зал, как только он закрыл дверь и разулся.
Уселась на диван и молча смотрела на Глеба, который устроился в кресле напротив.
