В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
В следующий раз, когда ты меня опять заподозришь в чём-нибудь «этаком», мне нужно будет смотреть по сторонам, выискивая твоих парней в ближайших кустах с биноклями? Или, например, проверять свою сумочку и телефон на предмет «жучков» — так кажется вы их называете?
— Даю тебе слово, что в будущем при появлении другого мужика возле тебя, который будет меня беспокоить или бесить, я не буду следить за тобой, — он тут же нахмурился и продолжил ворчливым тоном. — Очень надеюсь, правда, что на горизонте больше не появятся ещё какие-нибудь бывшие, которым ты захочешь лично разъяснить в приватной беседе, что вы расстались.
Подумав, что хватит мучить бедного парня, да и себя тоже, медленно стала подниматься с дивана.
Глеб настороженно смотрел на меня, прищурив глаза.
Всё также медленно я направилась к нему, пристально смотря в глаза. Дойдя до мужчины, не спеша опустилась на его колени и зарылась пальцами в его шевелюру, которая была, как и всегда, в «художественном» беспорядке.
— Если ещё когда-нибудь, хоть раз, провернёшь такой финт — можешь сразу собирать чемодан и выметаться из моей жизни, — в противовес своему ласковому тону, зажала в пальцах его волосы и немного потянула их.
После моих слов он облегченно выдохнул. На губах появилась чуть заметная улыбка.
— Я так понимаю, что я прощен, и мы не расстаёмся, — уверенным движением его руки перекочевали на мою талию, притягивая к себе ещё ближе. Так близко, что мы чувствовали дыхание друг друга.
— Ты сегодня очень догадлив, — практически промурлыкала я, и сокращая между нами последние сантиметры, поцеловала Глеба в губы.
Судя по стремительно возникающей твердости под моими бедрами, я поняла, что соскучились по мне довольно сильно.
Глеб перехватил инициативу и теперь терзал мой рот так, как он любил — требовательно, сильно и жадно. Словно мои уста — это живительный источник, напиться которым он никак не может, сколько не пытайся.
Лихорадочными движениями его руки стали скользить по всему моему телу: спина, бедра, грудь, а потом направлялись в обратный путь.
Воздуха стало катастрофически не хватать. В какой-то миг мне даже пришлось дернуть его за волосы, разрывая тем самым наш контакт губ.
Он недовольно рыкнул на моё действие, открывая глаза, в которых горело бешеное желание и похоть.
— Спальня… — сипло произнесла я.
