Она никогда не делилась своим, даже в детстве. Он — закоренелый бабник, привыкший к легким победам. После случайной ночи вместе всё переворачивается с ног на голову. Теперь она решила перевоспитать его, заставить забыть обо всех остальных. И неважно, что он против — она будет исправлять его...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Инструкция: перевоспитать бабника» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Она никогда не делилась своим, даже в детстве. Он — закоренелый бабник, привыкший к легким победам. После случайной ночи вместе всё переворачивается с ног на голову. Теперь она решила перевоспитать его, заставить забыть обо всех остальных. И неважно, что он против — она будет исправлять его...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Она никогда не делилась своим, даже в детстве. Он — закоренелый бабник, привыкший к легким победам. После случайной ночи вместе всё переворачивается с ног на голову. Теперь она решила перевоспитать его, заставить забыть обо всех остальных. И неважно, что он против — она будет исправлять его...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотя, я честно, пыталась изо всех сил.
— А… почему…знакомить нельзя с ними, я не понял?
Поняв, что сдвинуть его руками не получится, я уперлась в него уже всем своим телом и продолжила. И свои действия, и речь.
— Глеб, ёпрст, может мы это обсудим как-нибудь в другой раз?!
Он, наконец-то, соизволил встать с кровати. Я тоже последовала его примеру. Только теперь уже стала наступать на него и подталкивать его в сторону шкафа-купе с зеркалом на всю длину, который находился прямо за ним в двух метрах. Он особо не сопротивлялся и медленно двигался в нужном мне направлении.
— А почему не сейчас? — он хмуро смотрел на меня.
— Сейчас некогда, — я отодвинула дверцу в сторону, сдвинула вешалки с одеждой в один край и скептично посмотрела на освободившееся место. Места было достаточно.
Я схватила его за руку и потянула вовнутрь.
— Хорошо. Обсудить можно и потом. Ты только на один вопрос ответь. Почему меня с родителями нельзя знакомить?
— Моя мама жутко не любит бабников. А у тебя на лбу неоновым светом горит и мигает ""Бабник""! Мамуля тебя раскусит на раз-два. Хотя, нет, она это сделает ""на раз"". А потом устроит тебе такой штурм мозга, так промоет тебе мозги, а если и папа подключиться, то ВСЁ. Отсюда ты выйдешь с мыслями уйти в монахи и принять обет безбрачия. А искать себе нового сексуального партнёра мне как-то не очень хочется. Ты меня в этом смысле устраиваешь полностью. Никаких тебе ""уси-пуси, любовь до гроба"". Встретились, переспали, разбежались до следующего раза. Красота, да и только. Так что, сиди как мышка и жди когда мы с моими психами свалим из квартиры!
К концу моей тирады вид у Глеба был такой, словно его ударили чем-то тяжелым по голове. Не хило так ударили! И причём, раза два-три, не меньше.
Последнее, что я увидела, прежде чем закрыть дверь шкафа — офигевшее лицо и упавшую вниз челюсть.
Глава 1
Я смотрела обречённо в окно, делая про себя ставки на то, когда уже Паша закончит свой монолог и соизволит, наконец, дать вставить мне хоть слово.
Перевела взгляд на настенные часы.
Так, минут десять наша беседа, в кавычках, уже длится. Из всего того, что я узнала о своём парне, коим он является вот уже как два с половиной месяца — осталось мне это слушать ещё минуту или две."
"Хотя, если тут замешана его мамаша, а она однозначно замешана — еще минуточек десять проникаться этим бредом, который я слушаю почему-то молча и не перебивая.
Эх, родители, родители! Не могли родить меня какой-нибудь глупенькой простушкой с минимумом мозгов и лёгким взглядом на жизнь?!
Так, нет! Одарили мозгами, приложив к ним такое воспитание, что ""не думать"" и не анализировать не получится. Иметь маму психолога, а папу психотерапевта — это, я вам скажу, бывает слишком даже для меня.
