Автор
В галерее «На Беговой» собрались любители искусства. Здесь представлены работы отчаянного воина — художника с неординарным творчеством. Среди импрессионистов и реалистов можно заметить картины, написанные с особой силой и ясностью. Этот автор перевоплотил обычные предметы в бесформенные образа, будто пытаясь вырваться из рамок классической живописи....
На сей раз Иосиф Говорков ответил быстро и четко:
— Да!
— А помнишь, Иосиф Петрович, там под кустом валялся шприц? — напомнил Забродов.
Футбольный фанат на мгновение задумался, но тут же вспомнил о шприце:
— Помню.
Илларион Константинович набрал в легкие побольше воздуха и с надеждой в голосе, но строго спросил соседа:
— Найти сможешь?
Снова возникла пауза, но недолгая.
— Постараюсь, — как-то вяло и безразлично пообещал спартаковский фанат.
Инструктора спецназа ГРУ такой ответ ни в коем случае не устраивал.
«Эх, если бы не цейтнот, — раздраженно подумал седовласый пенсионер, — не связывался бы я с тобой, Петрович!»
Однако он произнес вслух совсем иное:
— Постараюсь, Иосиф Петрович, — это слова штрафирки! А я человек военный и привык слышать четкие ответы!
— Так это ты, Илларион Константинович, человек военный, — с ноткой обиды возразил безработный сосед, — а я что…
— Петрович, если ты через десять минут найдешь тот шприц, — сказал седовласый разведчик, — займу тебя сыском.
Повторять соседу больше ничего не нужно было: у него моментально обострилось зрение, улучшился слух, а в жилах взбурлила кровь.
— Так чего ж ты, Илларион, сразу этого не сказал?! — воскликнул сосед полковника. — Я уже бы давно занялся делом. Все, пока!
Седовласый командир едва успел остановить ретивого помощника:
— Стой, Петрович!
— В чем дело?
Забродов облегченно вздохнул и покачал головой.
— Петрович, — стараясь говорить как можно спокойнее, произнес полковник, — когда найдешь шприц, аккуратно подхвати его в перчатке или, на худой конец, бумажкой, положи в чистый целлофановый пакетик и позвони мне, чтобы доложить об успешном выполнении задания.
— Понял! — пренебрежительно хмыкнул Говорков. — Что я — фильмов не смотрел?
— В том-то и дело, Иосиф, что фильмы — одно, — недовольно произнес Забродов, — а жизнь — совсем другое!
— Да, понял я, понял, Илларион! — поспешно заверил спартаковец.
