Автор
Эта легендарная «Мазда» привлекает внимание на унылой улице, где она выделяется среди громоздких автомобилей. Четверо подтянутых парней, одетых в черные бронежилеты, готовятся к миссии, их взгляды сосредоточены на приборной панели и внешних происшествиях. Атмосфера напряжения скрадывает воздух, создавая ощущение неизбежности опасного задания....
— Медицина в данном случае бессильна, — бодро отрапортовал Забродов.
— Пора бы тебе повзрослеть."
"— Пора бы тебе помереть, — вспомнив Хемингуэя, немедленно среагировал Илларион.
— Тьфу на тебя, — сказал полковник ГРУ Мещеряков и от души грохнул трубкой по аппарату.
Илларион Забродов ухмыльнулся — он любил дразнить Мещерякова. Несмотря на то, что их знакомство насчитывало не один десяток лет, занятие это ему не приедалось: уж очень благодарный был материал.
Впрочем, улыбка быстро сбежала с его лица.
Гадать о причинах этой озабоченности, не имея никакой информации, Илларион не собирался, и потому постарался до поры выбросить все это из головы, сосредоточившись на своей яичнице. Фортуна была к нему благосклонна — он успел зажарить яйца, приготовить салат и даже употребить все это великолепие по прямому назначению до того, как в дверь постучали.
«Эк его припекло, — подумал он о Мещерякове, неторопливо направляясь в прихожую. — На крыльях, что ли, летел?» Пока он шел, вежливый стук превратился в настойчивую барабанную дробь, гулко отдававшуюся в пустом колодце лестничной клетки.
— Да что ж тебя так разбирает-то, болезный? — пробормотал Илларион, отпирая дверь.
За дверью, вопреки ожиданиям капитана, оказался вовсе не Мещеряков.
Осмысление ситуации Забродов оставил на потом. Аккуратно перехватив упиравшуюся ему в грудь руку, Илларион отработанным движением завернул ее амбалу за спину.
