Два молодых талантливых футболистов погибают от рук киллеров в разных городах. Официальное следствие винит фанатов, но полковник ГРУ в отставке Илларион Забродов подозревает куда более серьёзный заговор. Ему предстоит разоблачить правду, став на опасный путь противостояния могущественным...
Возможно, он окажется более толковым, а главное, более заинтересованным в раскрытии убийства Виктора Олифиренко…»
Забродов хотел было закурить сигарету, но вдруг неожиданно резко смял ее в руке и выбросил в урну.
«Черт подери, это весьма странно, — возмутился он. — Это явное и наглое убийство, а этот щеголь даже и не чешется! А может быть, майор не хочет сильно рыть?»
Забродов снова достал из пачки сигарету, но на этот раз закурил. Выпустив несколько табачных облачков, он быстро достал сотовый аппарат и набрал номер телефона одного из своих сослуживцев, а вернее и точнее будет сказать, сослуживицы…
Полковнику Забродову пришлось несколько раз дозваниваться до своей коллеги, пока на связи не раздался приятный женский голос:
— Але…
Илларион, слегка крякнув, веселым голосом поздоровался с женщиной:
— Доброе утро, Лариса Петровна!
— Доброе… Кто это? — уточнила женщина.
Инструктор спецназа виновато засопел себе под нос и почесал затылок.
— Забродов, Лариса Петровна, если еще помните такого. Извините, что звоню в столь ранний час… — начал оправдываться Забродов, но его неожиданно прервал радостный женский возглас.
— Илларион Константинович? — не совсем уверенно произнесла Лариса Петровна, все еще не веря своим ушам. — Это вы, товарищ полковник?
Илларион Забродов облегченно, тихо вздохнув, подтвердил:
— Он самый, товарищ капитан.
— Здравствуйте, Илларион Константинович, — обрадованно и живо отозвалась Лариса Петровна Хвостикова. — Сто лет не слышала вас!
Седовласый мужчина был польщен.
— Думаю, Лариса Петровна, что немного меньше, — заметил он. — Как вы поживаете? Как успехи на службе?
Капитан Хвостикова неопределенно хмыкнула и протяжно вздохнула.
— Да все по-прежнему, Константинович, солдат спит — служба идет…
Илларион Забродов понимающе кивнул и поинтересовался:
— А как дела на личном фронте?"
"— Да какие там личные дела, Илларион Константинович, — ответила пожилая собеседница. — Был один толковый полковник, да и тот сбежал на пенсию.
— Это кто же такой? — уточнил Забродов.
Лариса Петровна весело, но с ноткой грусти добродушно рассмеялась и ответила вопросом на вопрос:
— А ты не догадываешься, товарищ дезертир?
Илларион Константинович только теперь понял, о ком идет речь, и, слегка порозовев, смущенно засопел.
— Лариса Петровна, вечно вы со своими шуточками… — смутившись, произнес он.
