Автор
Трис Приор продолжает борьбу за выживание в расколотом обществе фракций. Между войной и миром ей предстоит сделать невозможный выбор, который определит судьбу каждого. Предательство, любовь и жертва станут её путём к спасению тех, кого она любит.
— Мы должны выбираться отсюда, — говорит он. — Линн, посмотри на меня. Я понесу Шону, ей будет немного больно, но это наша единственная возможность.
Линн кивает в ответ. Тобиас приседает рядом с Шоной и обхватывает ее под руки. Он поднимает ее, и она стонет. Я бросаюсь вперед, чтобы помочь Тобиасу втащить ее обмякшее тело на плечо. Мое горло судорожно сжимается, и я кашляю, чтобы уменьшить напряжение."
"Тобиас поднимается, ворча от усилия, и вместе мы идём к Морг Центру — Линн с пистолетом впереди всех, а я сзади — передвигаюсь спиной вперёд, чтобы видеть, что происходит позади нас, но не замечаю ничего подозрительного. Думаю, предатели Бесстрашные отступили, но лучше убедиться наверняка.
— Эй! — раздается чей-то крик. В нашу сторону бежит Юрай.
— Зик помогает Джеку. О, нет, — он останавливается. — О, нет. Шона?
— Сейчас не время, — говорит Тобиас. — Беги в Морг Центр и приведи доктора.
Юрай не реагирует.
— Юрай! Сейчас же беги! — раздаётся ничем не приглушенный громкий крик. Юрай, наконец — то, разворачивается и бежит в сторону Морг Центра.
Нужно пройти всего полмили, но из-за ворчания Тобиаса, прерывистого дыхания Линн и понимания того, что Шона вот-вот умрет от потери крови, это расстояние кажется бесконечным. Я наблюдаю за тем, как мышцы на спине Тобиаса расширяются и сокращаются с каждым тяжёлым вздохом, я не слышу наших шагов; я слышу только свое сердцебиение. Когда мы, в конце концов, достигаем дверей, мне кажется, что меня либо вырвет, либо я грохнусь в обморок, либо закричу, что есть мочи.
У входа нас встречают Юрай, мужчина-эрудит с прилизанными волосами, и Кара. Они взяли для Шоны носилки. Тобиас опускает её, и доктор сразу же приступает к работе: разрывает рубашку Шоны на спине. Я отворачиваюсь. Не хочу видеть пулевое ранение.
Тобиас становится передо мной, его лицо красное от напряжения. Я хочу снова оказаться в его объятиях, как это было после прошлого нападения, но он ничего не предпринимает, и я знаю, лучше самой не лезть — не испытывать судьбу.
— Я не собираюсь делать вид, будто знаю, что с тобой происходит, — говорит он. — Но если ты ещё раз решишь бессмысленно рискнуть жизнью…
— Я рискую своей жизнью не бессмысленно. Я пытаюсь идти на жертвы, как это сделали бы мои родители, как…
— Ты — не твои родители. Ты — всего лишь шестнадцатилетняя девчонка…
Я стискиваю зубы.
