Он накапал на кусочек сахара лекарство из пузырька и сказал:
— Дайте девушке, пусть под языком подержит.
Он закрыл саквояж и пошёл на выход, Юста пошла его провожать. Я присел рядом с Верой. Некоторое время мы молчали, Вера сосала кусочек сахара под языком, потом она виновато посмотрела на меня и сказала:
— Извините меня, Василий. Я должна быть сегодня с бабушкой.
— Я загляну к вам завтра, если позволите, — сказал я, и тоже пошёл на выход.
Самое главное я уже сделал. Магему исцеления, применяемую при инсульте я бабушке уже поставил и сейчас угроза её жизни миновала. Ещё несколько минут и от инсульта не останется никаких следов. Затем я избавлю её от подагры и очищу сосуды кровеносной системы, укреплю сердечную мышцу. Со всем остальным справится универсальная магема исцеления 2-й ступени. Надеюсь, что бабушка проживёт ещё лет двадцать, а там, как бог даст.
Выйдя в прихожую, спросил у Юсты номер их домашнего телефона, а взамен отдал ей бумажку с номером телефона кооператива ритуальных услуг.
— Отдайте бабушке, пусть сохранит на память, в ближайшие 20 лет он вряд ли ей понадобится."
"И не обращая внимания на её растерянный вид, вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь. Спустился на один пролёт по лестнице и перешёл порталом к больнице, в которой дежурили сегодня Зося со Станиславой. Вдруг удастся устроиться на работу санитаром.
* * *— Вот, Тамара Казимировна, это тот самый Василий, о котором я вам говорила, — сказала Стася, представляя меня заведующей терапевтическим отделением, — Вася, это Тамара Казимировна. Тебе повезло, что она задержалась на работе. Суббота вообще в больнице тяжёлый день, пациентов поступает больше, чем обычно.
— Очень приятно, — сказал я, внимательно разглядывая стоящую передо мной женщину, лет 50-ти или немного больше. Впрочем, она тоже разглядывала меня не с меньшим интересом и вниманием.
— Какой-нибудь документ у тебя есть? — спросила она.
— Паспорт лежит в военной школе, аттестат о среднем образовании с собой и пропуск.
— Показывай.
Я подал ей пропуск и аттестат. На пропуск она мельком взглянула, а аттестат внимательно изучила. Затем внезапно спросила по-немецки:
— Санитаром, в какой больнице работал?
— Я мгновенно ответил, тоже на немецком языке, разумеется:
— В Новосибирске, в больнице для железнодорожников.
— И туалеты мыл, не брезговал?
— А чего брезговать? На руках резиновые перчатки, на лице медицинская маска, шапочка и специальные очки, чтобы глаза от хлорки не слезились.
— Ну, что же, — сказала она, возвращаясь к русскому языку, — по крайней мере, одну пятёрку в своём аттестате ты подтвердил, будем надеяться, что и остальные оценки у тебя заслуженные.