Автор
В книге "Инттендант его Драконьего Превосходительства" читатель погружается в мир армейской службы, где каждое действие строго регулируется уставом. Жизнь рядового сопровождается тщательными обязанностями и строгим подчинением, как в реальных военных частях.
Тонкий, бледный, безбородый. Его превосходительство таких десятками на завтрак ел! Тьфу ты… На плацу строил и гонял нещадно!
- Пр-р-редставсь! - генерал рявкнул на парнишку, как на кадета-новобранца, забыв на миг, что он не в академии.
- А… мм… умм… Я Мартель. - Юнец растерянно оглянулся через плечо.
Ардашир знал - зачем. Точнее, за кем. Нарушитель пределов поместья и генеральского покоя был, вне всяких сомнений, делесом - разделенным, и явно высматривал свою вторую сущность.
Посмотреть на эту сущность генерал тоже был не прочь.
Впрочем, он же думал нарушителя констеблям сдать!
Но теперь, глядя на тощую фигурку, одетую в широкую, не по плечу, курточку и спадающие с тощего зада штаны, вдруг понял: не сможет.
- Ты что - беглый? - спросил Ардашир и, чтобы мальчишка не расслаблялся и не терял уважения, сурово нахмурился.
Подростки в империи в поисках лучшей доли из дома сбегали часто, особенно в бедных семействах. Рано или поздно все они оказывались в руках констеблей, а оттуда направлялись в кадетские и гильдейские училища, кроме тех, за которых родители соглашались внести выкуп.
Юнец глянул на генерала подозрительно и даже как будто испуганно, а затем внезапно прыснул в кулак:
- Вы, когда вот так делаете, - он скорчил недовольную гримаску, изображая генерала, - у вас две брови в одну сплошную превращаются!
- Ап… заср… Да как ты смеешь?! - Ардашир не сразу нашелся со словами. - Выйти из строя! Двадцать отжиманий!
Мартель показательно повертел головой.
- Строя не наблюдаю, - сообщил таким задушевным тоном, словно разговаривал с больным ребенком.
- И десять розог! - отреагировал Ардашир.
6. Знакомство
Меня? Розгами?!
Да он совсем умом тронулся, этот незнакомец-истинный! Нет, когда он только вышел из озера, я им откровенно залюбовалась. Не каждый день увидишь совершенное мужское тело, да еще вот так - в костюме Адама и в приподнятом настроении.
