В темноте, как огонь в мрачной гробнице, шагают четверо. Ночь умерщвляет все звуки — за исключением шелеста одежды и соприкосновения камней под ногами. Монгольские братья-близнецы, Бат и Батар, маскируются в ночи, прикрываясь лишь тихим скрежетом их дыхания. Здесь, на гнилой земле после мокрого дня, все должно быть тщательно спланировано и упорядочено....
На нас тоже обрушились залпы корабельных орудий, и барьеры будут ломаться, слабеть, разбиваться. Но мои бойцы будут латать бреши, заставляя врага раз за разом впустую тратить боезапас.
Но не все солдаты инженерной гвардейской роты Его Императорского Величества оставались на берегу. Особый отряд ещё до атаки Соколова приступил к другой боевой задаче."
"Бат и Батар сейчас пересекали пролив, оставляя за собой подводные мины. Небольшие плавучие шарики, начинённые магией под завязку. Делать это приходилось без использования магического снаряжения, опираясь на физическую силу и простейшие плавсредства.
Они огибали корабли с восточной стороны, по направлению к основному флоту британцев. Вот только…
— От «пловцов» нет сигнала! — раздался в рации голос связиста. — Не отвечают!
Зараза!
— Байков, принимаешь командование! — приказал я.
— Есть! — откликнулся Вадим.
— Бахтин, Накамура, Сайго, за мной!
— Есть! — рыкнул Арсений, скривившийся от грохота и взрывов.
Хидзаши, Изао и Сакоку молча ринулись следом.
Сейчас близнецы должны быть у противоположного берега. Но, видимо, что-то случилось.
Мы впятером ринулись через пролив на реактивной тяге магии огня. Я ещё не освоился с полётом, но волноваться было некогда. Просто взял и сделал. И получилось.
Когда мы были на середине, корабли пришли в движение. Они уже потеряли часть своей эскадры и поняли, что отбиться не выйдет.
Это хорошо.
А вот наши пловцы попали под раздачу.
Мы ворвались в битву. Самураи налетели на офицеров, пока мы с Арсением обрушились на небольшие укрепления, где засели стрелки. Они не ожидали нашего нападения, так что много времени схватка не заняла.
Арсений выпускал огненные шары, и пламенные лучи, способные пробить слабые щиты, а затем мы ринулись на сами укрепления и сошлись с их защитниками в рукопашной.
Приземлившись, я прибил троих пехотинцев, рубанул пулемётчика, и треклятая очередь прекратилась.
Бахтина было не узнать. Он не был самым сильным магом, но родовое воспитание и тренировки у Соколова сделали его приличным бойцом.
