В темноте, как огонь в мрачной гробнице, шагают четверо. Ночь умерщвляет все звуки — за исключением шелеста одежды и соприкосновения камней под ногами. Монгольские братья-близнецы, Бат и Батар, маскируются в ночи, прикрываясь лишь тихим скрежетом их дыхания. Здесь, на гнилой земле после мокрого дня, все должно быть тщательно спланировано и упорядочено....
Правда, делал я это грамотно и не забывал на отходе осыпать его ударами.
Шаг в сторону вместе с боковым в челюсть, и я уже сбоку. Передо мной полностью беззащитный соперник, который уже понял, в какой ситуации находится, но ещё пару мгновений ничего не сможет сделать.
В первое мгновение промелькнули две мысли. Удар ногой под колено или захват с броском? Мы не обговаривали правила, но к борьбе пока не приступали. Не хотелось. Я умел бороться, и даже любил это дело. Функционально она имела много преимуществ. Но ударка приносила мне куда больше драйва.
Ну и не приходилось «обниматься» с соперником, конечно же. Не буду скрывать, это тоже имело некоторый вес.
Решено.
Удар! И колено соперника подкосилось. Но он не сбросил защиту, выдержал боль, крутанулся и даже выстоял серию ударов.
Двойка, боковой, коленом в клинче в морду, затем по печени, сразу два заряженных удара.
— Р-р-ра-а! — зарычал соперник.
Он злился, но в глазах сиял азарт. И он пошёл на риск.
Осыпал меня сериями ударов, не давая продохнуть. Только несколько раз удалось встретить его на отходе, но засранец просто принимал их и пёр дальше, наплевав на боль. Сущий берсерк, с таким очень сложно биться! Это не безумец с колхозными корягами, а обученный боец, который даже в ярости сохранял рассудок.
Но затем маятник качнулся в мою сторону, и уже я перехватил инициативу, начал теснить уже его.
Боковой, апперкот. Это оказалась ловушка, и я пропустил по печени и стиснул зубы от боли, но продолжил отбиваться и потряс его прямым в подбородок."
"Мы кружили по октагону, осыпая друг друга ударами. Думаю, я мог бы закончить спарринг раньше, если бы подключил весь свой арсенал, но зачем? Это было бы не так весело. И к тому же неизвестно, весь ли арсенал использовал он. Но заканчивать пришлось, иначе мы бы тут весь день проскакали.
На выдохе тройку прямых, один за другим, затем нырок под встречный удар, разворот и, и с разворота же ударил рукой, потрясая соперника, а затем добил размашистым маваши в то же место. Два удара в одну точку, и он плюхнулся на задницу, хлопая глазами.
И мы остановились.
Я обнаружил, что часто и тяжело дышу. Он тоже. А вокруг октагона собралась куча людей, которых увлекла наша схватка. Я протянул руку, помогая встать.
